Судебная психиатрия.

Рассматриваются социальное и правовое обеспечение судебной психиатрии, особенности проведения судебно-психиатрической экспертизы, виды принудительных мер медицинского характера, общие и частные проблемы психопатологии, основные формы психических расстройств и дается их судебно-психиатрическая оценка применительно к задачам, стоящим перед юридической практикой.




ДИДАКТИЧЕСКИЙ ПЛАН

Общетеоретические и организационные вопросы судебной психиатрии.

Основы общей психопатологии.

Частная психопатология и судебно-психиатрическая оценка ее основных форм.




Общие положения

Судебная психиатрия является специальным разделом общей психиатрии. Она не отделима от нее, но имеет свои особенности. Если общая психиатрия изучает главным образом причины и характер психических заболеваний, их диагностику, лечение, реабилитацию психически больных и другие вопросы (в том числе и предупреждение психических расстройств у здоровых лиц), то судебная психиатрия, сохраняя решение этих вопросов (в той или иной степени) за собой, изучает также психические заболевания (нарушения, расстройства) применительно к решению специальных задач уголовного и гражданского судопроизводства.

Для общей психиатрии основным объектом исследования является психически больной человек, а предметом изучения – его психика и психопатологические нарушения. Объектом изучения судебной психиатрии может быть психически больной и здоровый в повседневной жизни, подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, потерпевший, свидетель, истец, ответчик, а предметом исследования – состояние психики, болезненные нарушения и психическая деятельность как во время деликта и проведения судебно-психиатрической экспертизы, так и установление психопатологических изменений ретроспективно по показаниям очевидцев, материалам уголовного и гражданского дела, данным медицинских, служебных и личных документов (переданных следствием и судом для изучения экспертом-психиатром).

В связи с этим цель судебной психиатрии – установить психическое состояние испытуемого и помочь правосудию решить главную проблему, которая возникает в ходе судебно-следственных действий – преступник или психически больной совершил те или иные противоправные действия. С точки зрения законодательства и права психически больной человек, совершивший общественно опасное деяние, не считается преступником и к нему не применяют карательно-воспитательное воздействие. Однако такое лицо нуждается в принудительных мерах медицинского характера. Именно это и определило практическую задачу судебной психиатрии: выявить у субъекта исследования психические расстройства до и во время деяния (ретроспективно) и в период экспертизы (при обследовании), изучить и оценить их применительно к правовым нормам отечественного правосудия и здравоохранения.

Такая постановка проблем судебной психиатрии определила ее основные разделы: судебно-психиатрическая экспертиза; принудительные меры медицинского характера; пенитенциарная психиатрия.

Учитывая самостоятельность и социальное значение судебной психиатрии, необходимо указать, что ее роль и авторитет несоизмеримо вырастает, если она взаимодействует с юридическими (криминалистикой, криминологией, теорией оперативно-розыскной деятельности, уголовным и гражданским правом и процессом и т.д.), медицинскими (судебной медициной и биологией, медицинской психологией, неврологией, терапией, хирургией и др.) и общественными (социологией, психологией, педагогикой, философией и др.) науками.

В настоящее время стало очевидным, что в судебно-психиатрической диагностике при определении критериев невменяемости и недееспособности необходимо учитывать единство клинических и психологических подходов. Абсолютизация любой из сторон при судебно-психиатрической экспертизе представляется неправомерной. Оценка психических функций и свойств личности подэкспертных требует системного подхода, комплексного использования качественных и количественных методов экспертного исследования лиц, направляемых органами следствия, прокуратуры, суда, для определения возможности привлечения к уголовной или гражданской ответственности как психически больных, так и психически здоровых лиц.

Выделяются следующие особенности судебной психиатрии, которые определяют ее практическую направленность:

- проведение судебно-психиатрической экспертизы и установление невменяемости (за конкретное деяние) в уголовном процессе и недееспособности (за конкретное деяние и на период обострения психического заболевания) в гражданском судопроизводстве, а также процессуальной дееспособности субъектов уголовно-следственного процесса;

- диагностика и судебно-психиатрическая оценка не только глубины и тяжести клинических проявлений хронического психического расстройства, слабоумия и иного болезненного состояния психики, но и более редких в практике общей психиатрии исключительных и реактивных состояний (психозов и реакций), которые нужно диагностировать или отвергать при обследовании, в основном ретроспективным методом (по материалам уголовного или гражданского дела, медицинским и личным документам);

- диагностика и судебно-психиатрическая оценка оговоров и самооговоров, которые приобретают в юриспруденции социальную значимость и поэтому нуждаются в судебно-психиатрической интерпретации;

- диагностика и судебно-психиатрическая оценка истинной и так называемой превентивной симуляции психических заболеваний здоровыми лицами и патологической симуляции психически больными;

- диагностика и судебно-психиатрическая оценка диссимуляции психически больных.

Исходя из того, что общепринятым руководящим принципом отечественной судебной психиатрии и ее основного раздела – судебно-психиатрической экспертизы является объективность, доказательность и независимость, построена вся система судебно-психиатрической экспертизы в Российской Федерации. Она находится в ведении органов здравоохранения. Оперативное руководство ею осуществляет Министерство здравоохранения РФ через органы здравоохранения на местах, а методическое и научное – Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского.

Министерство здравоохранения РФ возложило на психиатрические больницы и психоневрологические диспансеры, а также на межрегиональные центры проведение амбулаторной, стационарной и других видов экспертизы. Основные вопросы организации и порядок проведения судебно-психиатрической экспертизы регламентирован специальной инструкцией Министерства здравоохранения СССР “О производстве судебно-психиатрической экспертизы в СССР”, согласованной с Генеральной прокуратурой, Верховным Судом и МВД СССР 27 октября 1970 года (действующей на территории России).

Юристам следует всегда обращать внимание на лигитимность экспертов-психиатров. Они должны иметь высшее медицинское образование по специальности “лечебное дело”, закончить ординатуру или аспирантуру или пройти специализацию по психиатрии или судебной психиатрии, иметь достаточный опыт экспертной работы и желательно ученую степень и квалификационную врачебную категорию. Судебные психиатры должны уметь не только диагностировать психическое заболевание, но и определить возможность действия психически больных. Так как только при этом можно установить у обследуемого лица осознание фактического характера и понимание общественной опасности совершенного действия (бездействия) либо руководства им.

Современный этап развития общества с его переходным периодом от одной политической и экономической формации к другой привел граждан России к большим социальным катаклизмам. Психотравмирующие условия их жизнесуществования, сопровождаемые частыми психогенно обусловленными воздействиями, резко увеличили возможность реактивных состояний у прежде психически здоровых лиц и появление острой психопатоподобной (дисгармонии характера, неуравновешенности, неустойчивости психических процессов и др.) и даже психотической (бред, галлюцинации) симптоматики у психически больных. У некоторых из них из-за влиянием психической травмы и слабой социальной защищенности клиническая картина основного душевного заболевания значительно усложнилась и видоизменилась и на первый план выступили симптомы, свойственные реактивным состояниям. Вместе с тем их судебно-психиатрическая оценка стала крайне сложной.

Правовое обеспечение психиатрической помощи населению нашей страны нашло свое отражение в ряде законодательных документов. Ведущим из них является Конституция Российской Федерации, в которой указаны ответственность государства по охране здоровья граждан и ведущая роль в этом Министерства здравоохранения РФ. В свою очередь Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан определили, что судебно-психиатрическая экспертиза производится государственными медицинскими учреждениями.

Непосредственным законодательным актом, рассматривающим основные положения охраны психического здоровья в нашей стране, является Закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (от 2 июля 1992 г.).

Закон предусматривает также уголовную и иную ответственность медицинских работников за нарушение законных интересов и прав граждан при оказании и неоказании им психиатрической помощи и злоупотреблениях, что нашло также подтверждение в новом Уголовном кодексе РФ. Например, в ст. 124 УК РФ говорится об уголовной ответственности при неоказании помощи больному (в том числе и психически больному) лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или специальными правилами. Ст. 125 УК РФ указывает, что к уголовной ответственности привлекаются также при заведомом оставлении без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей беспомощности. Ст. 128 УК РФ предусматривает ответственность за незаконную госпитализацию в психиатрический стационар.

В юридической практике довольно часто встречаются случаи, когда в криминальных действиях участвуют психически больные. При их задержании или купировании конфликтных ситуаций активное участие принимают и юристы, которые должны знать и руководствоваться в своей служебной деятельности законодательством об охране здоровья граждан.



Невменяемость и ее установление в судебной психиатрии

Современное представление о невменяемости имеет свою историю, которая отражает различные подходы к решению данного вопроса. Отечественные психиатры всегда считали, что материалистическое понимание свободы действий (воли) обусловлено (детерминировано) внешними условиями и событиями, хотя субъективно кажется, что поступки человека независимы и свободны.

Только изучение высшей нервной деятельности человека объясняет детерминированность поведения людей и зависимость от внешнего мира, показывает возможности регуляции ими своих поступков, действий, высказываний, которые связаны с состоянием психики, типом личности, критическим отношением, волевым усилием, условиями воспитания, местом, занимаемым этой личностью в иерархии общества, его ценностными ориентациями, требованиями общества и государства. Изложенная позиция определяет современный подход к понятию невменяемости в судебной психиатрии.

В основе поступков и действий любого человека прежде всего лежит рефлекторная деятельность головного мозга. Под влиянием одних и тех же внешних и внутренних условий люди могут говорить (хвалить или оскорблять), производить известные деяния, а могут и не производить их, а если даже производить, то совершенно противоположного характера. В процессе физического и умственного развития личности стереотип поведения человека постепенно усложняется за счет воспитания моральных и этических навыков, роста интеллектуального уровня, понимания предъявляемых обществом требований.

Произвольные и волевые поступки, поведение, действия и высказывания людей в целом регулируются и контролируются сознанием. Человек в состоянии “нормального психического здоровья” должен и может оценивать те обстоятельства, при которых он осуществляет свои действия, понимать требования общества и закона и делать сознательный выбор между совершением и несовершением того или иного правонарушения.

Способность отдавать отчет в производимых действиях, контролировать и волевым усилием руководить ими, иными словами, быть вменяемым за конкретное деяние, возможно в том случае, когда ничто не препятствует сделать личности такой выбор, то есть тогда, когда выдержка не нарушена. Утрата же понимания общественной опасности своих действий (бездействия), неосознание этого и невозможность критически оценивать и руководить ими не так уж редки при констатации психических расстройств различной этиологии (происхождения).

Вменяемость или невменяемость определяются именно нормальным или болезненным течением психических процессов и благополучием в состоянии психического здоровья человека, то есть данными психологии и психиатрии.

В это понимание входит аксиома, выработанная в процессе жизни человека и развития общества – за совершенное правонарушение психически здоровый человек, достигший определенного возраста, несет юридическую ответственность. Это связано с тем, что он способен осознавать общественную опасность своих поступков, может контролировать и волевым усилием регулировать свое поведение в соответствии с требованиями закона. И именно в этом заключается способность психически полноценного человека нести ответственность перед обществом и государством за содеянное, быть ответственным и вменяемым за произведенные высказывания и совершенные действия.

Однако в судебно-следственной практике встречаются случаи, когда вменяемое лицо во время совершения преступления в силу диагностированного у него психического расстройства не могло в полной мере осознавать характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, но признается (в соответствии со ст. 22 УК РФ) подлежащим уголовной ответственности в связи с тем, что его противоправные действия (по заключению экспертов-психиатров) не исключали вменяемости.

В то же время законодатель указал, что не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости.

Проблема вменяемости?невменяемости (хотя это и юридическое понятие) – одна из основных тем судебной психиатрии. Вменяемость –Невменяемость – психическое состояние лица, выражающееся в том, что оно при совершении преступных деяний не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния. В части 2 ст. 21 УК РФ также говорится, что к такому лицу по решению суда могут быть назначены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные ст. 97 УК РФ. способность лица в силу присущих ему определенных психических качеств осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и сознательно руководить ими, нести уголовную ответственность в случае совершения преступления. Это положение нашло свое практическое применение и четко сформулировано в ч. 1 ст. 21 УК РФ, где сказано, что уголовной ответственности не подлежит лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости.

Следовательно, формула невменяемости содержит два критерия – медицинский (биологический) и юридический (психологический), которые выступают в единстве и определяют невменяемость лица, совершившего общественно опасное деяние.

Медицинский критерий (может быть констатирован только у психически больного человека) включает четыре признака психических нарушений:

- хроническое психическое расстройство (например, шизофрения, эпилепсия, маниакально?депрессивный психоз, прогрессивный паралич, старческий психоз и другие психические заболевания с тенденцией к прогрессированию), оставляющее после острых клинических проявлений нарастающий психический дефект в виде необратимых нарушений интеллектуальных функций приобретенного характера, вплоть до слабоумия и маразма;

- временное психическое расстройство (например, исключительные и реактивные состояния, алкогольный психоз) – обратимое заболевание, которое может длиться от нескольких минут до нескольких часов и даже дней, в редких случаях – несколько недель. Оно заканчивается выздоровлением, не оставляющим видимых изменений в психической деятельности;

- слабоумие (например, олигофрения, инволюционные процессы), для которого характерна грубая необратимость нарушений интеллектуальной функции как врожденного, так и приобретенного характера;

- иное болезненное состояние (например, психопатия) – стойкое нарушение или аномалия в развитии психики, возникшие в результате перенесенных различных соматических, неврологических, инфекционных и других заболеваний или патологического воспитания.

Юридический критерий формулируется как невозможность невменяемых осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Данный критерий представляет обобщающую характеристику психического состояния, в частности – тяжесть (глубину) болезненных расстройств психики, и включает два признака:

- интеллектуальный (невозможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), например, при олигофрении в степени дебильности);

- волевой (невозможность руководить своими действиями, например, при психопатии).

Эти признаки юридического критерия позволяют анализировать различные стороны психической деятельности подэкспертного (мыслительную, эмоциональную, волевую, интеллектуальную и др.). Если первый признак (интеллектуальный) требует анализа мыслительных и критических способностей, дает возможность адекватной оценки обстановки и собственного поведения испытуемого, то при дефекте волевого признака снижается контроль за своими высказываниями, действиями и поступками, возможность понимать их сущность и руководить ими. При утрате критичности интеллектуальный признак (то есть при его недостаточности в патологическом смысле) как бы перекрывает волевой. Наличие этого признака нарушает способность руководить своими действиями и влечет принятие решения о невменяемости.

В то же время в практике встречаются случаи, когда личность может сохранять формальную способность осознавать и оценивать ситуацию (сохранена критика), но у нее снижается (утрачивается) волевой признак и возможность удержаться от того или иного поступка (то есть нарушается способность руководить своими действиями). В данном случае превалирует недостаточность волевого признака (например, это встречается при психопатиях, инфантилизме), когда при относительно сохранных интеллектуальных (критических) функциях, эмоционально?волевые черты (прежде всего из-за недостаточности волевых качеств) определяют принятие решения и поведение таких лиц.

В процессе судебно-психиатрической диагностики и выработки экспертного решения основным заключительным этапом является сопоставление медицинского и юридического критериев, что и определяет формулу невменяемости. При этом обязательным условием невменяемости является совпадение медицинского и юридического критериев. То есть в этом случае на экспертизе у испытуемого обязательно должен быть установлен медицинский критерий – наличие диагноза психического заболевания, а также констатирован и юридический критерий – невозможность осознавать характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

В случае признания обследованного лица психически больным, обязательно необходимо у него уточнить наличие юридического критерия, так как не каждый психически больной признается невменяемым.

Установление у лица психического расстройства, возникшего после совершения правонарушения, и определение времени его начала имеют актуальное значение для следствия и суда при оценке показаний, данных таким лицом, так как показания до возникновения острого психического заболевания – это показания психически здорового лица. В то же время к письменным заявлениям и показаниям, имевшим место после начала психического заболевания, следует отнестись как к показаниям психически больного человека. После завершения принудительных мер медицинского характера психически больной с психическим расстройством, возникшим после ареста, во время следствия и суда вновь подлежит оценке судебно-психиатрической экспертной комиссией в целях определения полноты выздоровления, степени обратимости психопатологических нарушений, достоверности данных предварительного следствия, а следовательно, возможности такого лица осознавать характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, и его процессуальной способности осуществлять свое право на защиту.

Нередко в судебно?следственной и адвокатской практике юристы встречаются с привлечением к уголовной ответственности лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости (ст. 22 УК РФ). В данном случае судебные психиатры?эксперты хотя и признают их вменяемыми за совершенные преступления, но указывают в экспертных заключениях, что такие лица из?за диагностированных у них психических расстройств не могли в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Эти психические нарушения (расстройства, заболевания), не исключающие вменяемости, в соответствии с ч. 2 ст. 22 УК РФ учитываются судом при вынесении приговора и могут служить основанием для назначения в соответствии с ч. 1 ст. 97 УК РФ принудительных мер медицинского характера.

В последние годы увеличилось количество несовершеннолетних с делинквентным поведением, совершивших те или иные правонарушения, направляемых на судебно-психиатрическую экспертизу. Это прежде всего связано с нарушением стройной педагогической системы воспитания подростков, либерализацией школьной программы и, конечно, с констатацией у данной группы лиц клинически выраженного с патологическим оттенком пубертатного периода или даже криза. Последние обусловлены биологической, возрастной, психической и социальной незрелостью, несформированностью волевых функций и критических способностей, особенностями асинхронии психического и физического развития, нередко перенесенными инфекционными и травматическими заболеваниями.

Следует особо отметить, что особенности пубертатного периода подростков существенно влияют на их поведенческие реакции, поступки и действия. Это полиморфность в клинических проявлениях, наличие аффективных расстройств, подростковые (ярко выраженные) и бурные реакции протеста, оппозиция, отказ, нарушения поведения, максимализм в желаниях, педагогическая запущенность, инфантилизм, стремление к самоутверждению, ярко выраженный “синдром стаи”.

Основанием для признания невменяемым подростка являются прежде всего острота личностных патологических черт характера и психических расстройств, которые исключают его способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими. Показателями глубины психопатоподобных нарушений у подростков являются: психическая и социальная незрелость, резкая дисгармоничность психики, некорригируемость поведения, тотальная дезадаптированность, недостаточность критических и волевых способностей, низкий интеллектуальный уровень, частые декомпенсации, склонность к спонтанным утяжелениям психопатической симптоматики, патологический характер и др.

Таким образом, при рассмотрении проблемы невменяемости необходимо усвоить ее основы в уголовном процессе (медицинский и юридический критерии, их совпадение) на стадии предварительного и судебного следствия. Это позволяет понять причины криминальных деяний, патологической интерпретации психически больными той или иной ситуации, их способности давать правдивые показания при различных болезненных расстройствах психики, остром и хроническом течении заболевания, в период ремиссии (компенсации) и декомпенсации, помогает отграничить преступления от общественно опасных деяний психически больных людей.



Недееспособность и ее установление в судебной психиатрии

Одним из важных элементов правового статуса граждан является их дееспособность (психическая способность лица своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их). Гражданская дееспособность возникает с наступлением совершеннолетия, то есть по достижению восемнадцатилетнего возраста и лишь в исключительных случаях раньше (со времени вступления в брак). При этом законодатель исходит из того, что с этого возраста человек достигает психической зрелости и приобретает достаточный жизненный опыт, чтобы правильно понимать и регулировать свои поступки и действия. В противном случае гражданин (например, несовершеннолетний или совершеннолетний гражданин с болезненным расстройством психики) теряет возможность правильно понимать и регулировать свое поведение и таким образом лишается способности осуществлять свои гражданские права и обязанности. Иными словами, дееспособность в качестве обязательного условия предполагает в соответствии со ст. 21 ГК РФ такое психическое состояние субъекта, которое обеспечивает ему способность понимать значение своих действий или руководить ими. Исходя из этого следует сделать вывод, что констатация у лица при конкретных его действиях (совершение сделки, подписание завещания и т.д.) или в определенный период времени обострения психических расстройств в ряде случаев указывает на отсутствие у него дееспособности.

Критерии недееспособности (по аналогии с невменяемостью), которыми руководствуется суд и применительно к которым дают заключения эксперты?психиатры, сформулированы в ст. 29 ГК РФ: «Гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным». Это значит, что недееспособность по сути определяется сочетанием двух критериев: медицинского (психическое расстройство) и юридического (непонимание значения своих действий или невозможность руководить ими).

Недееспособность (психическое состояние лица, при котором констатируют утрату способности самостоятельно осуществлять свои гражданские права и обязанности вследствие нарушений психики, выражающихся в том, что оно (лицо) не может понимать значение своих действий или руководить ими ввиду психического расстройства или слабоумия) устанавливается при совпадении медицинского и юридического критериев. Юридический критерий также дополняет и корректирует медицинский. Иначе говоря, наличие психического расстройства (психического заболевания или слабоумия) само по себе не дает основание говорить о недееспособности. Недееспособными признаются те психически больные, которые вследствие психического расстройства не способны рассудительно вести свои дела, не могут правильно понимать окружающее и жизненную ситуацию и отдавать отчет своим действиям или руководить ими. Психически больные, даже если они страдают тяжелым и неизлечимым психическим заболеванием, но понимают значимость совершенных ими поступков и способны регулировать свое поведение и действия, остаются дееспособными. Эта возможность рассудительно вести свои дела определяется у них наличием таких качеств ума, которые обеспечивают правильное поведение подобных больных в их практической деятельности.

Недееспособность может касаться как отдельно совершенного юридического акта (подписания завещания, заключения договора и сделки), так и способности лица достаточно критично вести свои дела в течение более или менее продолжительного периода времени в будущем.

При экспертизе в гражданском судопроизводстве иногда также важно установить, с какого времени психически больной человек стал недееспособным. Так как в некоторых случаях недееспособность наступает после подписания юридического акта, то такой документ не утрачивает юридической силы. Если же установлено, что сделка (подписание договора, заключение брака) была оформлена в состоянии, когда заключавшее сделку лицо не могло понимать значение своих действий, то такой юридический акт может быть признан недействительным.

Признание субъекта недееспособным осуществляется только судом (в порядке, предусмотренном ГПК РСФСР). Однако согласно ст. 258 ГПК РСФСР ходатайствовать перед судом о признании психически больного недееспособным могут члены его семьи, общественные и профсоюзные организации, прокурор, органы опеки и попечительства, психиатрические лечебные учреждения.

Необходимо помнить, что назначение на судебно-психиатрическую экспертизу для определения психического состояния субъекта производится судом при наличии достаточной аргументации и данных о его психической болезни или слабоумии. В исключительных случаях, при явном уклонении такого лица от прохождения экспертизы, суд (при участии эксперта-психиатра) может вынести в соответствии со ст. 260 ГПК РСФСР определение о принудительном направлении больного на судебно-психиатрическую экспертизу.

Следует иметь в виду, что при выздоровлении или значительном улучшении психического состояния в виде устойчивой ремиссии лица, признанного недееспособным, суд на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы пересматривает свое решение и признает такого гражданина в соответствии с ч. 3 ст. 29 ГК РФ дееспособным.

В то же время следует помнить, что хотя законодательство и не признает ограниченной дееспособности психически больных, но допускает возможность ее ограничения для лиц, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими веществами и ставящих в связи с этим свою семью в тяжелое материальное положение (ст. 30 ГК РФ). В этом случае суд назначает попечителя, без согласия которого такие лица не могут совершать сделки, получать зарплату (пенсию) или иные виды доходов и распоряжаться ими. Та же статья Гражданского кодекса отменяет ограничение дееспособности, если основания, в силу которых такое лицо было признано ограниченно дееспособным, утратили силу.

Лица с ограничением дееспособности, злоупотребляющие спиртными напитками или наркотическими веществами, не подлежат прохождению судебно-психиатрической экспертизы, а обследуются психиатрами?наркологами.

Необходимо признать, что недееспособность и невменяемость имеют много общего, но отождествлять их ни в коем случае нельзя. Так, невменяемость возникает лишь при совершении общественно опасного деяния, предусмотренного ст.ст. 21, 22, 23 Уголовного кодекса РФ, и относится к конкретному действию (поступку) лица, происшедшему в определенный промежуток времени. Но если нет правонарушения, то снимается возможность рассмотрения невменяемости. В гражданском же процессе вопрос о недееспособности может возникнуть на протяжении и более длительного времени. Он охватывает значительный спектр социального функционирования подэкспертного, в том числе и его перспективы. Этот вопрос ставится и при отсутствии гражданского иска (например, по делу о нуждаемости гражданина в опеке). В уголовном процессе эксперт?психиатр обязан дать заключение о невменяемости субъекта. В гражданском же процессе заключение о недееспособности лица дает суд, который в своих выводах ссылается на ст. 29 ГК РФ и на то, что субъект «вследствие психического расстройства не может понимать значение своих действий или руководить ими». Следует отметить, что лицо, признанное недееспособным, конечно же, не может быть одновременно признано вменяемым за произведенные деяния.

Однако временные психические расстройства (например, реактивные психозы и исключительные состояния) предполагают возможность признания такого лица дееспособным в будущем (хотя сделка, совершенная во время острых психотических состояний, является недействительной, а в отношении совершенного общественно опасного деяния субъект признается невменяемым).

Гражданское законодательство (в отличие от уголовного) не предусматривает возможность применения медицинских мер к истцам и ответчикам. Но эксперт?психиатр обязан указать в своем заключении (при необходимости) о констатации у испытуемого психического заболевания, представляющего по своему клиническому состоянию «выраженную общественную опасность», а также то, что такой больной нуждается в неотложном лечении в психиатрическом стационаре.

Гражданское законодательство выделяет несколько видов недееспособности (в определении которых активную роль играют эксперты-психиатры):

- общую (полную), регламентируемую ст. 29 ГК РФ (с установлением опеки);

- частичную, установленную для несовершеннолетних, которые в возрасте от 15 до 18 лет совершают сделки (за некоторым исключением) с письменного согласия родителей, усыновителей или попечителей (ст. 26 ГК РФ);

- временную, признающую недействительность сделки, совершенной гражданином, неспособным понимать значение своих действий (ст. 177 ГК РФ);

- специальную (брачную, трудовую);

- процессуальную, предусматривающую возможность истцов и ответчиков участвовать в судебном заседании и давать правдивые показания.

Следует особо выделить такой процессуальный гражданский акт, как ограничение дееспособности, обусловленное ст. 30 ГК РФ. Это касается граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими веществами (а не только больных хроническим алкоголизмом или наркоманией), ставящих свою семью в тяжелое материальное положение. Необходимо также указать на возможность конфликтных ситуаций при недобровольном освидетельствовании и госпитализации психически больных, представляющих социальную опасность для общества.

При недобровольном освидетельствовании и госпитализации психически больных, представляющих социальную опасность для общества, возможны конфликтные ситуации.

Таким образом, основным условием недееспособности является психическая несостоятельность истца, ответчика, свидетеля – субъектов гражданского судопроизводства, которые не могли отдавать отчет своим действиям или руководить ими. Помощь суду при решении данной проблемы оказывает судебно-психиатрическая экспертиза.



Судебно-психиатрическая экспертиза

Судебно-психиатрическая экспертиза является основным разделом и приоритетным направлением судебной психиатрии. Исходя из актуальных потребностей правосудия, ее цель – оценить и дать экспертное заключение психическому состоянию подэкспертных (субъектов уголовного или гражданского процесса) во время совершения тех или иных действий, при проведении экспертного обследования и обострении психического заболевания.

Такая цель способствует практическому решению следующих задач судебно-психиатрической экспертизы:

- определению невменяемости за совершенные деяния в уголовном процессе;

- установлению недееспособности за совершенные конкретные действия или во время обострения психического заболевания в гражданском судопроизводстве;

- уточнению процессуальной дееспособности в уголовном (судебно-следственном) и гражданском процессе;

- назначению по показаниям принудительных мер медицинского характера;

- обоснованию прогностических возможностей течения психического заболевания;

- рассмотрению психических противопоказаний для отбывания наказания в учреждениях уголовно-исполнительной системы.

Судебно-психиатрическая экспертиза относится к судебным экспертизам, назначаемым и проводимым только при производстве уголовных и гражданских дел. Ее процессуальными основами является правовое соответствие ст. 14 Закона РФ “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании”, Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР и Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР. Дополняет это положение также ст. 52 Основ законодательства об охране здоровья граждан. В ней говорится о том, что судебно-психиатрические экспертные комиссии находятся в государственной системе здравоохранения и поэтому судебно-психиатрическая экспертиза производится экспертами-психиатрами или врачами-психиатрами, работающими в учреждениях Министерства здравоохранения. Однако Основы законодательства предусматривают также возможность включения в состав экспертных комиссий дополнительно врачей, имеющих специальность «судебная психиатрия» с их согласия (по ходатайству гражданина или его адвоката, или его законного представителя перед органом, назначившим такую экспертизу).

Судебно-психиатрическая экспертиза необходима тогда, когда в ходе судебно-следственного процесса потребовались специальные медицинские знания в области психиатрии. Она назначается органами предварительного дознания, следователем, прокурором и судом. Обязательным оформлением такого поручения является особый процессуальный документ “Постановление о производстве судебно-психиатрической экспертизы”, выносимый лицом, ведущим следствие, или “Определение (постановление) о производстве судебно-психиатрической экспертизы”, выносимое судьей по делу частного обвинения или в порядке досудебной подготовки гражданского дела.

Судебно-психиатрическая экспертиза назначается независимо от желания субъекта уголовного и гражданского процесса. Но ходатайствовать о ее проведении могут подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, потерпевший, истец, ответчик, их родственники, адвокат.

Обязательным основанием у вышеуказанных должностных лиц для назначения судебно-психиатрической экспертизы в уголовном процессе являются: сомнения в нормальном состоянии психического здоровья подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, потерпевшего, свидетеля; странности в их поведении и высказываниях; ссылки на имеющееся хроническое душевное заболевание или слабоумие; последствия черепно-мозговой травмы или заболеваний головного мозга; обследование и лечение в психиатрических стационарах; пребывание на учете (амбулаторное лечение) в психоневрологических учреждениях (диспансерах); прохождение в прошлом судебно-психиатрической или трудовой (военной, профессиональной) экспертизы; отсутствие видимых мотивов и целей совершенного деяния; особая жестокость в насилии и надругательство над потерпевшим; непонятное глумление над трупом; постоянные конфликты (в семье, коллективе, обществе); грубая оппозиция ко всему и ко всем.

Поводом для назначения судебно-психиатрической экспертизы в гражданском процессе являются сомнения у суда в психической полноценности истцов, ответчиков и свидетелей, обусловленные неблагоприятным психиатрическим анамнезом и наличием психических расстройств. И особенно тогда, когда суду необходимо установить их способность понимать значение своих действий и возможность руководить ими в момент совершения какого-либо гражданского акта или быть очевидцем этого гражданского акта.

Судьи при проведении гражданского процесса нередко обращают внимание на неприемлимые в обычном понимании особенности речи выступающих на суде (истцов, ответчиков, свидетелей): словоблудие, излишняя обстоятельность, сосредоточенность на второстепенных деталях, разорванность мысли, перескакивание с одного объекта высказывания на другой. Довольно часто за этим стоит психически больной человек, которому необходимо провести не только судебно-психиатрическую экспертизу, но и своевременное медикаментозное лечение. В последние годы актуальность судебно-психиатрических экспертиз в гражданском процессе возросла в связи с введением в действие Закона Российской Федерации “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании”, который говорит о возможности обращения в суд, например, при направлении без обоснованных причин на недобровольную госпитализацию в психиатрический стационар, отсутствии необходимости направления на недобровольное психиатрическое освидетельствование, несогласии с постановкой на диспансерный учет в психоневрологический и наркологический диспансеры, жалобах на действия медицинских работников, трудовых спорах.

В соответствии с законодательством и практикой судебно-психиатрическая экспертиза не имеет инстанций. Это означает, что все экспертные комиссии и эксперты-психиатры, как и психиатры, привлеченные к проведению судебно-психиатрической экспертизы, пользуются равными юридическими правами; заключения, вынесенные различными экспертными комиссиями, являются для органов следствия и суда “равноправными”. Кроме того, повторно проводимая экспертиза любыми экспертами?психиатрами не отменяет заключения судебно-психиатрической экспертной комиссии, проводимой до этого, а является для судебно-следственных органов равнозначной, одним из видов доказательств. Они могут согласиться с экспертным заключением судебно-психиатрической экспертной комиссии, если она покажется им достаточно обоснованной, и могут назначить новую экспертизу в случае, если ее доводы будут неубедительными, но при этом свое несогласие судебно?следственные органы должны обоснованно мотивировать.

Судебно-психиатрические экспертизы проводятся в условиях стационара, в специальных отделениях психиатрических больниц, амбулаторно, при психиатрических учреждениях (диспансерах и больницах), в зале судебного заседания, в кабинете следователя или дознавателя, заочно или посмертно. В соответствии со ст. 203 УПК РФ, если при назначении или производстве судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы возникает необходимость в стационарном обследовании подозреваемого или обвиняемого, то он может быть помещен в медицинский или психиатрический стационар. Подозреваемый или обвиняемый, не содержащийся под стражей, помещается в медицинский или психиатрический стационар для производства судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном ст. 165 УПК РФ. В случае помещения подозреваемого в психиатрический стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы срок, в течение которого ему должно быть предъявлено обвинение в соответствии со ст. 172 УПК РФ, прерывается до получения заключения экспертов.

Судебно-психиатрическое заключение должно быть основано на данных, полученных экспертом-психиатром в процессе психиатрического обследования испытуемого, сведениях, содержащихся в уголовном или гражданском деле, и медицинских документах о перенесенных в прошлом заболеваниях.

Орган, назначивший судебно-психиатрическую экспертизу, обязан представить экспертам-психиатрам материалы уголовного или гражданского дела, относящиеся к предмету экспертизы, а также дополнительные сведения об испытуемом, в том числе подлинники историй болезни, документы из военкомата (если возможно) и специальной медико-социальной экспертной комиссии (специальной МСЭК), документы, характеризующие личность (письма, дневники, рисунки и т.д.).

Заключение судебно-психиатрической экспертизы оформляется в виде акта, подписываемого всеми членами комиссии, которые несут за его содержание личную ответственность. В случае несогласия между экспертами, они дают свои заключения отдельно.

В соответствии со ст. 207 УПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту.

В случае же необоснованности заключения эксперта или сомнения в его правильности может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам, а в особо сложных случаях – Государственному научному центру социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского. Дополнительная и повторная судебные экспертизы назначаются и производятся в соответствии со ст.ст. 195–205 УПК РФ.

Организацию повторных экспертиз в Государственном научном центре социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского Министерство здравоохранения РФ возлагает на руководство центром, которое может привлекать в состав комиссии высококвалифицированных специалистов из других психиатрических учреждений, если таковые персонально не указаны органом, назначившим повторную экспертизу.

На врачей-психиатров, производящих судебно-психиатрическую экспертизу, распространяются права и обязанности экспертов, предусмотренные уголовно-процессуальным и гражданско-процессуальным законодательством. Они обязаны явиться по вызову судебно-следственных органов и дать объективное заключение по поставленным перед ними вопросам.

Эксперт-психиатр имеет право: знакомиться с материалами дела, относящимися к предмету экспертизы; заявлять ходатайство о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для составления заключения; с разрешения лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда присутствовать при производстве допросов и других следственных и судебных действий и задавать допрашиваемым вопросы, относящиеся к предмету экспертизы.

Если поставленный эксперту-психиатру вопрос выходит за пределы его специальных познаний или представленные ему материалы недостаточны для дачи заключения, эксперт в письменной форме сообщает органу, назначившему экспертизу, о невозможности дать заключение, подробно объяснив мотивы отказа.

Если при производстве экспертизы эксперт установит обстоятельства, имеющие значение для дела, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе указать на них в своем заключении.

Эксперт-психиатр не имеет права без разрешения прокурора, следователя или лица, производящего дознание, разглашать данные предварительного следствия или дознания, полученные судебно-психиатрической экспертизой. За разглашение следственных материалов и данных экспертизы или за дачу заведомо ложного заключения эксперт-психиатр несет ответственность в соответствии с действующим уголовным законодательством (ст.ст. 307, 310 УК РФ).

В настоящее время практическое применение имеют следующие судебно-психиатрические экспертизы: амбулаторная, стационарная, в зале судебного заседания, в кабинете следователя, заочная и посмертная .

Амбулаторная экспертиза – однократное психиатрическое обследование испытуемого (без наблюдения в психиатрическом стационаре) для решения экспертных вопросов; проводится судебно-психиатрическими амбулаторными комиссиями, которые состоят не менее чем из трех врачей-психиатров: председателя, члена комиссии и докладчика. Персональный состав амбулаторной экспертной комиссии утверждается местными органами здравоохранения по представлению республиканского, краевого, областного или городского психиатра.

На испытуемого, обследуемого амбулаторной судебно-психиатрической комиссией, составляется заключение (акт), обосновывающее диагноз и судебно-психиатрические выводы.

Если амбулаторная экспертиза не может ответить на поставленные на ее разрешение вопросы, она дает заключение о необходимости помещения испытуемого на стационарное обследование.

Стационарная экспертиза проводится только в психиатрических стационарах, где организуются стационарные судебно-психиатрические экспертные комиссии, состоящие не менее чем из трех врачей-психиатров: председателя, члена комиссии, докладчика, проводящего наблюдение за испытуемым. Персональный состав комиссии утверждается местными органами здравоохранения.

Для проведения экспертизы испытуемые помещаются в судебно-психиатрические отделения, а при отсутствии таковых – в специально отведенные палаты общих отделений психиатрических (психоневрологических) учреждений. При проведении экспертизы применяются необходимые методы медицинского исследования, а в соответствующих случаях и лечение.

Срок стационарного испытания не должен превышать тридцати дней. В случае невозможности вынести окончательное заключение о психическом состоянии и вменяемости в течение месяца, стационарная экспертная комиссия принимает решение о необходимости продления срока испытания, копия которого направляется органу, назначившему экспертизу.

В тех случаях, когда для решения вопроса о психическом состоянии испытуемого необходимо компетентное суждение врачей других специальностей, органами, назначившими экспертизу, могут быть созданы комплексные экспертные комиссии.

Экспертиза в зале судебного заседания производится экспертом-психиатром единолично или комиссией из нескольких врачей-психиатров органов здравоохранения, вызываемых судом. После ознакомления с обстоятельствами дела и личностью испытуемого в процессе судебного следствия эксперт-психиатр представляет заключение в письменном виде. Он оглашает его во время судебного заседания и дает разъяснения по вопросам, заданным в связи с его заключением. Экспертное заключение может даваться также и в отношении обвиняемых, истцов, ответчиков, свидетелей, потерпевших, а также лиц, относительно которых решается вопрос о их дееспособности.

В случае невозможности дать ответы на вопросы, поставленные судом, эксперт-психиатр выносит заключение о необходимости направления подэкспертного на стационарную экспертизу.

Экспертиза в кабинете следователя может производиться единолично врачом-психиатром или комиссией врачей. После обследования обвиняемого или подозреваемого эксперт или комиссия экспертов дает свое окончательное заключение или указывает на необходимость проведения дополнительной амбулаторной или стационарной судебно-психиатрической экспертизы.

Заочная экспертиза проводится лишь в исключительных случаях, когда подэкспертный не может быть доставлен для личного освидетельствования, в частности, когда находится вне пределов Российской Федерации.

Посмертная экспертиза – наиболее сложная для экспертов?психиатров, всегда связана с решением вопроса о психическом состоянии субъекта во время деяния (например, при заключении им сделки, составлении завещания, дарственной записи и т.д.). Она, как правило, проводится в гражданском судопроизводстве, и трудность ее заключается прежде всего в том, что в гражданском процессе отсутствует предварительное следствие и поэтому качество и количество материалов, которые бы характеризовали действия и личность покойного, очень ограничены. Поэтому экспертам?психиатрам для ретроспективного установления психического состояния умершего в период совершения им тех или иных действий (например, заключения сделок) необходимо ознакомиться с представленными ему судом материалами гражданского дела, медицинскими и немедицинскими документами, личной перепиской, характеристикой на покойного с места работы и жительства и т.д.

Экспертам?психиатрам обосновать выводы о психическом состоянии подэкспертных при данном виде экспертизы очень помогает изучение свидетельских показаний. В то же время их противоречивость, как правило, влечет необходимость участия эксперта в судебном заседании. Это связано с тем, что его целенаправленный опрос свидетелей о поведении в период деяния такого лица (например, завещателя в период оформления документов), взаимоотношениях с представителями сторон, тех или иных сведениях о психических нарушениях, которые они вольно или невольно могут дать при этом, способствуют выявлению природы заболевания, установлению глубины и тяжести патологических нарушений психики (если они имелись) и даже ретроспективной диагностике.

Посмертная экспертиза призвана устранить последствия болезненных действий больного, что вызывает необходимость оценивать психическое состояние подэкспертного ретроспективно (после его смерти). Это сопряжено с большими сложностями, так как экспертное заключение основывается лишь на изучении материалов дела, медицинской документации (если она имеется) и показаниях свидетелей.

Поводом для назначения посмертной экспертизы, например, являются судебные иски о признании недействительным завещания (дарственной записи, сделок), оформленного лицом, в психической полноценности которого возникли сомнения.

Посмертная экспертиза проводится комиссией врачей?психиатров либо экспертом-психиатром единолично на основании определения суда или по определению, вынесенному судьей в порядке досудебной подготовки дела.

При отсутствии или явной недостаточности в материалах гражданского дела данных, позволяющих прийти к заключению о действиях умершего или недееспособности подэкспертного (хотя сомнения об этом имеются), экспертное решение откладывается и дело возвращается в суд для дополнения нужными сведениями. При этом эксперты вправе указать, какие вопросы остались невыясненными судом при подготовке дела, а также потребовать приобщения к материалам дела необходимой медицинской документации (предпочтительно в подлиннике).

В тех случаях, когда изучение материалов дела не позволяет прийти к определенному заключению, целесообразно перенести экспертизу в судебное заседание с тем, чтобы эксперт?психиатр, присутствуя при допросе свидетелей, мог сам активно ставить те или иные вопросы в интересующем его направлении, выявлять условия, при которых происходили встречи свидетеля с подэкспертным лицом, уточнять признаки имевшихся у него в это время расстройств психической деятельности (нелепых поступков, высказываний).

При анализе свидетельских показаний, имеющих различную ценность для эксперта, в первую очередь принимаются во внимание показания врачей и средних медработников, а также свидетелей, которые находились с подэкспертным в длительном контакте, чьи показания укладываются в клиническую картину заболевания.

Опираясь на свидетельские показания, эксперт воссоздает картину психического состояния подэкспертного в период совершения деяний. Ссылка, например, на “нецелесообразность совершения гражданского акта” сама по себе не может служить доказательством болезненного расстройства психической деятельности завещателя. “Нелогичность (нетипичность) гражданского акта” принимается во внимание лишь в сочетании с клиническими данными, когда имеющиеся психопатологические проявления дают основание говорить о наличии психического заболевания.

В особо сложных случаях, когда имеющиеся в распоряжении психиатра-эксперта материалы являются недостаточными для решения поставленных судом вопросов, согласно ст. 76 ГПК РСФСР эксперт должен в письменной форме сообщить суду, назначившему экспертизу, о невозможности дать заключение. Заключение эксперта-психиатра всегда должно быть тщательно аргументировано.

В гражданском судопроизводстве наиболее часты обращения к судебно-психиатрической экспертизе в следующих случаях:

– при признании лица недееспособным и необходимости установления над ним опеки;

– при признании сделки недействительной (купли?продажи, актов дарения, обмена жилой площади и т.д.);

– при иске о признании брака недействительным (наличие у одного из супругов психического заболевания в период заключения брака);

– при иске по делу о расторжении брака (при психическом заболевании одного из супругов, так как при этом речь идет о несостоятельности брака из-за возможного появления острых психотических расстройств в виде бреда ревности, преследования и др.);

– при иске о возмещении причиненного ущерба;

– при спорах о воспитании детей;

– при определении времени наступления недееспособности;

– при прогнозе психического состояния и др.

В связи с принятием Закона Российской Федерации “Об оказании психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании” необходимость привлечения экспертов?психиатров к участию в гражданском процессе резко возросла. Причинами этого в настоящее время стали: регулирование прав лиц, страдающих психическими заболеваниями; установление гражданской процессуальной дееспособности и возможности участия в судебном процессе; конфликты и мотивы, связанные с недобровольной госпитализацией в психиатрические стационары (для проведения лечения, экспертиз, обследования); рассмотрение действий медицинских работников, должностных и иных лиц по оказанию психиатрической помощи.

Однако подходить к решению этой проблемы следует только с позиции соблюдения прав больного человека. При этом судебный контроль за оказанием психиатрической помощи и постановкой адекватных вопросов экспертам-психиатрам более действенен в том случае, если судьи (юристы) обладают определенным уровнем знаний по судебной психиатрии и критически воспринимают информацию и выводы экспертов о психическом состоянии больных. Тем более что определенные трудности при производстве таких экспертиз связаны с разноплановостью обстоятельств, мотивирующих решение об их назначении, и ретроспективностью их проведения. Судебно-психиатрические заключения и ответы на вопросы судей при этом должны учитывать: правовой аспект (в том числе соблюдение вышеуказанного закона, особенно при недобровольной госпитализации или освидетельствовании), медицинский фактор (установление диагноза заболевания и его тяжесть, необходимость неотложного психиатрического лечения), социальные критерии (взаимоотношения в семье, возможность ухода за больным, его амбулаторного лечения медицинскими средствами).

При конфликтной ситуации следует учитывать, что рассмотрение жалобы судом возможно и по инициативе судебных органов и надзирающей прокуратуры. А участие эксперта?психиатра требуется лишь тогда, когда вопрос невозможно решить без специальных психиатрических познаний, которыми юристы не обладают.

Много споров и недопониманий среди юристов из-за слабой освещенности вопроса в литературе вызывают судебно-психиатрические экспертизы свидетелей, потерпевших, лиц, находящихся в беспомощном состоянии, а также осужденных.

Экспертиза свидетелей и потерпевших. Непроизвольные ошибки свидетелей и потерпевших нередко зависят, наряду с другими факторами, от состояния их психики, поскольку имеется множество причин, влияющих на правильное восприятие, запоминание и воспроизведение головным мозгом информации, ситуации и данных, интересующих органы расследования, следствия, обвинения, защиту и суд. Одна из них – воздействие эмоций, нарушающих точность запечатления в памяти и последующего описания событий свидетелями и особенно потерпевшими. Большое значение при этом имеет также состояние внимания и такие особенности психики, как память очевидцев.

Задача предварительного следствия и судебного разбирательства состоит в исследовании содержания излагаемых свидетелями и пострадавшими фактов (сведений) и сопоставлении их с другими данными (информацией) для оценки их истинности и достоверности. Предметом экспертного психиатрического исследования при этом служат показания, а не лица, их дающие.

В то же время в юридической практике нередки случаи, когда свидетелями и потерпевшими могут быть психически больные или лица, в отношении которых возникают сомнения в их психической полноценности. В подобных ситуациях судебно?следственным работникам и адвокатам необходимо уточнить психическое состояние (психическое здоровье и благополучие) таких лиц, способность воспринимать ими обстоятельства, имеющие значение для уголовного (гражданского) дела, и возможность давать правдивые показания. То есть поставить вопрос о назначении (в соответствии со ст. 196 УПК РФ) судебно-психиатрической экспертизы свидетелей и потерпевших. Предметом оценки для эксперта?психиатра в данном случае является психическое состояние лица, а не особенности и содержание (тем более недостоверность) его показаний, ибо это относится к компетенции суда. Поэтому и формулировка вопросов, которые должны ставиться перед экспертами, вытекает из содержания ст. 196 УПК РФ. Эксперт?психиатр должен четко изложить свою позицию, указать процессуальную дееспособность участия таких лиц в судебно?следственном процессе и возможность их, несмотря на психическое заболевание (при наличии тех или иных психических отклонений), давать правдивые показания. Это обусловлено вероятностью психически больных в своих показаниях отражать патологические переживания, носящие характер бредового толкования событий. В таких показаниях судебные психиатры также нередко констатируют искаженную информацию вследствие нарушений памяти, интеллекта и повышенной внушаемости.

Показания психически больных свидетелей и потерпевших могут быть проявлениями оговора и самооговора вследствие имеющихся хронически протекающих психических расстройств. Реальные события у них могут претерпевать патологическую интерпретацию, исключающую возможность участия в судебно?следственных действиях, поскольку в их показаниях по не зависящим от данных лиц причинам появляются болезненные высказывания, иногда даже галлюцинаторные переживания. Экспертам?психиатрам в таких случаях дать свое заключение относительно несложно. Определенные трудности возникают при экспертизе психического состояния больных с пограничными нервно?психическими нарушениями и психическими заболеваниями, носящими хронический характер.

Необходимо также обратить внимание на частные проблемы, с которыми сталкиваются эксперты?психиатры, когда способность правдиво воспринимать происходящие события и воспроизводить их обычно сохраняется, при этом отсутствуют клинически определяемые признаки слабоумия и не удается выявить значительного снижения интеллекта (например, у лиц, страдающих психопатиями, органическими поражениями головного мозга при травмах и заболеваниях и в других случаях).

Более сложной является оценка состояния ремиссии у больных шизофренией. В таких случаях исходят из данных о глубине и качестве ремиссии, наличии или отсутствии при этом патологических толкований (например, остаточного бреда) и выраженности психического дефекта (например, слабоумия). При благоприятных условиях эти больные признаются способными давать свидетельские показания и даже могут быть дееспособными. Но в то же время не следует (без особой нужды) эту группу больных допускать к участию в судебном разбирательстве, так как обстановка в суде может сильно травмировать психику.

Сложна также экспертиза больных олигофренией (особенно при сексуальных преступлениях). В этом случае следует учитывать степень их интеллектуальной недостаточности и склонность к повышенной внушаемости. Неглубокая дебильность таких лиц (при способности к контролю за своими действиями) не препятствует возможности давать по делу правдивые показания. Вместе с тем наличие выраженных психопатологических расстройств, расторможенности влечений (сексуальных), лживости, низкого интеллектуального уровня (основного у них психического дефекта) затрудняет экспертную оценку.

Определенные трудности представляет проведение судебно-психиатрической экспертизы у лиц с острой черепно?мозговой травмой. Это связано с тем, что информация, сообщаемая ими в это время, из?за спутанного сознания и ретроградной амнезии зачастую бывает неверной. Нередко такие лица отрезок времени, выпавший из памяти, в дальнейшем «заполняют» домыслами (возникшими при ознакомлении с обстоятельствами дела), ложными воспоминаниями (со слов родных), и в результате сообщают искаженные сведения, искренне считая их истинными.

Для следствия, суда и защиты важным является установление времени, с которого показания потерпевшего начинают носить патологический характер. Поэтому экспертам необходимо иметь материалы уголовного дела, в котором должны быть собраны документы, позволяющие провести анализ состояния и поведения такого лица в момент травмы, до и после нее. Это сделать довольно сложно. Нередко судебные психиатры в такой ситуации отказываются от дачи категорического заключения по данным обстоятельствам при анализе «немедицинских» документов.

Вопрос о способности обвиняемых, подозреваемых, свидетелей, потерпевших давать правдивые показания в состоянии реактивного психоза ставится после его констатации экспертами?психиатрами. В основном это касается оговоров, самооговоров и сведений, сообщенных на предварительном следствии, во время возникновения психотического состояния, препятствующего возможности давать по делу правдивые показания.

Довольно сложной является экспертиза так называемых беспомощных состояний потерпевших, когда отсутствует физическая возможность сопротивляться, понимать сущность совершаемых с ним действий или руководить в этой ситуации своими поступками (например, при половых преступлениях). Такое состояние может возникнуть при наличии психотического состояния (бреда, галлюцинаций), обострения психического заболевания, слабоумия, обморока, опьянения, отравления. Установление беспомощности относится к компетенции суда. Эксперт?психиатр же должен ответить на вопросы о психическом состоянии потерпевшего (потерпевшей) в момент криминальных действий. Диагностирование у такого лица выраженного слабоумия или психических расстройств обычно трудностей у врачей-экспертов не вызывает.

В то же время нелегко решается вопрос о беспомощности потерпевшей (потерпевшего) в состоянии опьянения. Юристы признают при этом такую степень опьянения, которая лишила бы указанное лицо возможности осознавать окружающую обстановку, понимать значение совершаемых виновным действий или оказывать сопротивление. При оценке беспомощного состояния в основу берутся диагностические признаки опьянения: нарушение походки, расстройство речи, неадекватное поведение, наличие рвоты и тошноты, последующий сон и амнезия. Оценка особенностей поведения такого лица в период опьянения дает основание считать его поступки результатом токсического воздействия этанола (алкоголя) на головной мозг (в первую очередь) с последующим нарушением ориентировки в окружающей действительности, возможности осознавать характер своих действий или бездействия (то есть страдает критика) и сознательно руководить ими (то есть страдает воля). Отсюда несвойственные потерпевшей (потерпевшему) в обычной обстановке расторможенность, сменяющаяся апатией, безучастное отношение к совершаемым поступкам, отсутствие реакции на насилие, а также попыток скрыть эти признаки.

В то же время в судебно?следственной практике нередки случаи, когда заявления о сильном опьянении и запамятовании о происшедших событиях являются результатом нежелания правдиво описать ситуацию, боязни признаться в собственных ошибках, а иногда даже мести ранее любимому человеку. Поэтому эксперт?психиатр должен учитывать характерологические особенности личности потерпевшей (потерпевшего), сексуальную расторможенность (просвещенность), цинизм и другие психологические черты, которые могут отражаться на поступках этих лиц в состоянии опьянения.

Экспертиза осужденных. Ряд психически больных осужденных (ввиду частых рецидивов хронического психического заболевания) не могут отбывать наказание из?за неосознания ими карательно?воспитательного воздействия. Поэтому в таких случаях встает вопрос о проведении психиатрического обследования их в соответствии со ст. 397 УПК РФ и ст. 172 УПК РФ, в которых предусматривается возможность освобождения от дальнейшего отбывания наказания осужденных, страдающих хронической душевной болезнью. Оно производится на основании определения суда, но при наличии мотивированного представления администрации исправительного учреждения и обоснованного медицинского заключения врачебной комиссии психиатров лечебных подразделений уголовно-исполнительной системы и подтверждения этого актом судебно-психиатрической экспертной комиссии. В таком заключении и акте обязательно излагается мнение психиатров (экспертов-психиатров) о возможности дальнейшего отбывания наказания психически больным осужденным. К таким лицам могут быть в ряде случаев (например, при бредовых расстройствах, агрессивности и т.д.) применены меры медицинского характера (п. «б» ч. 1 ст. 97 УК РФ) с принудительным лечением в психиатрических больницах. Все подобные больные после этого подлежат дальнейшему наблюдению в психоневрологическом диспансере по месту жительства.

Необходимо учитывать и возможность констатации у осужденных временных психических расстройств (например, реактивных состояний, декомпенсаций у психопатов и т.д.). Эти больные, как и психически больные с хроническим вялотекущим развитием душевных заболеваний, подлежат лечению в больничных учреждениях и при выздоровлении или значительном улучшении психического состояния (ремиссии) возвращаются для дальнейшего отбывания наказания с обязательной постановкой на диспансерный учет и проведением амбулаторного лечения у психиатров медицинской части учреждений уголовно?исполнительной системы. Такие лица не попадают под действие ст. 397 УПК РФ.

Возможно проведение судебно-психиатрической экспертизы при совершении осужденными повторных (как правило, агрессивных) правонарушений в период отбывания наказания. Принципиально данный вид экспертизы не отличается от судебно-психиатрических экспертиз обвиняемых и подозреваемых. Однако в таких случаях эксперты?психиатры обязательно указывают (наряду с вменяемостью) в своих выводах на возможность дальнейшего пребывания этих подэкспертных в учреждениях уголовно?исполнительной системы.

При невменяемости (то есть установлении рецидивов хронических психических расстройств в качестве причины неответственности за совершенное общественно опасное деяние и непонимании карательно-воспитательного значения наказания) такие лица от дальнейшего пребывания в учреждениях уголовно?исполнительной системы освобождаются (ст. 397 УПК РФ) и направляются, как правило, на принудительное лечение в психиатрические больницы органов здравоохранения.

Среди осужденных отбывают наказание примерно 40% лиц, признанных вменяемыми за совершенные ими криминальные деяния, но имеющих те или иные психические расстройства. В основном это лица, перенесшие черепно?мозговые травмы, страдающие другими органическими поражениями головного мозга, дебильностью, психопатией, алкоголизмом, наркоманией. За такими осужденными в учреждениях уголовно-исполнительной системы устанавливается медицинское наблюдение врачей, которые проводят адекватное поддерживающее лечение с целью предупреждения медицинскими средствами ухудшения психического состояния, нарушения режима отбывания ими наказания, агрессивных действий, повторных правонарушений.

Экспертиза несовершеннолетних. При проведении экспертизы несовершеннолетних необходимо учитывать бурное развитие организма подростка (юноши и девушки) в период от 12 до 18 лет, приводящее к психическому и половому созреванию, изменению физиологических и биохимических процессов и нередко к пубертатному кризу. Последний имеет решающее значение в становлении характера, поведении и действиях несовершеннолетних, но в то же время может способствовать превращению отдельных психических отклонений в стойкие патологические черты личности, обусловливающие антисоциальное поведение. Нарушения же темпа полового созревания могут стать источником патологического формирования психики со всеми вытекающими из этого социальными последствиями.

Следует указать на такую особенность, как резкая динамичность психопатологического состояния подростков с еще формирующейся психопатией. Поэтому экспертные заключения психиатров о состоянии здоровья психически больных подростков часто не идентичны. Кроме того, судебно-психиатрическая экспертиза частных форм психических заболеваний у подростков представляет значительные трудности. Подростки значительно чаще, чем взрослые, подвергаются комплексным судебным психолого-психиатрическим экспертизам, так как именно психологи дают наиболее объективные данные об уровне умственного развития подростка, особенностях и структуре познавательных процессов, эмоционально-мотивационной сфере, волевой устойчивости, умственной работоспособности и т.п. Вопрос об использовании психологических исследований в качестве параклинического метода в процессе судебно-психиатрической экспертизы решает не суд и следственные органы, а эксперт-психиатр.

При данных судебно-психиатрических экспертизах из-за сложности оценки их результатов экспертами-психиатрами допускается определенный субъективизм. На это влияют установки и взгляды различных психиатрических школ, неодинаковые знания и эмпирический опыт. Именно поэтому в судебной психиатрии принято коллегиальное экспертное исследование подэкспертных для достижения более объективного и правильного заключения, большей его авторитетности и доказательности.

Законодатель в ст. 195 УПК РФ определил порядок назначения экспертиз. В то же время практический опыт говорит о некоторых трудностях у юридических работников при вынесении постановления (определения) о производстве судебно-психиатрической экспертизы и постановке конкретных вопросов, на которые экспертам-психиатрам необходимо дать ответы.

Условно постановление о производстве судебно-психиатрической экспертизы можно разделить на три раздела:

- вводный, в котором перечисляются формальные сведения (Ф.И.О., год и место рождения, наименование дела, в качестве кого привлекается лицо, направляемое на экспертизу, статьи Уголовного или Гражданского кодекса, по которым подлежит юридическая ответственность за правонарушение или другие действия);

- основной, в котором излагаются сущность противоправных действий; основания, вызвавшие сомнение в психической полноценности направляемого на экспертизу лица до, во время и после совершенного деяния и в ходе судебно-следственных мероприятий; перечисляются вопросы, на которые экспертам-психиатрам необходимо дать ответы. Например, могут быть поставлены следующие вопросы:

- страдал ли обвиняемый временным или хроническим психическим заболеванием (расстройством, нарушением) в прошлом, в период совершения правонарушения и не страдает ли им в настоящее время; если «да», то каким?

- исключало ли психическое заболевание обвиняемого (если оно было или он страдает им в настоящее время) способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) или руководить ими, то есть следует его считать вменяемым или невменяемым?

- не возникли ли психические расстройства у обвиняемого после совершения правонарушения, а если они возникли, то лишает ли его это заболевание процессуальной способности участия в судебно-следственных действиях?

- если обвиняемый, страдал или страдает психическим заболеванием, то нуждается ли он в применении принудительных мер медицинского характера, предусмотренных законодательством, и в каких именно?

Бывает необходима постановка и иных (помимо указанных) дополнительных вопросов перед экспертами-психиатрами (например, степень обоснованности заключений предыдущих экспертиз или диагнозов лечебных учреждений; определение времени начала заболевания, клинического течения или его прогноза; возможности медико?социальной реабилитации). Различается целенаправленность мотивов при вынесении постановления (определения) при рассмотрении уголовных и гражданских дел, а также характер постановки вопросов при направлении на экспертизу подозреваемых, обвиняемых, подсудимых, потерпевших, свидетелей, истцов, ответчиков и других лиц;

- заключительный, в котором содержатся процессуальные требования к экспертам-психиатрам, сроки производства экспертизы, а также опись документов, представленных следователем (судьей) для производства судебно-психиатрической экспертизы.

Медицинские заключения экспертов?психиатров оформляются в виде письменно изложенных актов судебно-психиатрических экспертиз, которые должны содержать четкие и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Акт состоит из введения (изложения формальных данных); исследовательской части (сведений о прошлой жизни и заболеваниях подэкспертного, данных о психическом состоянии во время деяния и обследования, а также сомато-неврологическом статусе при экспертизе, анализе вспомогательных методов исследования) и заключительной части, в которой содержатся обоснование диагноза или его исключение, выводы и ответы на основной вопрос о вменяемости или дееспособности и на все другие вопросы, поставленные перед экспертами. Кроме того, при необходимости указываются рекомендуемые меры медицинского характера (в том числе и принудительные).

Медики при проведении судебно-психиатрической экспертизы для более объективного анализа психических расстройств, проведения дифференциальной диагностики, установления диагноза и определения медицинского и юридического критериев невменяемости (недееспособности) применяют (наряду с клиническим обследованием, выявлением симптомов заболевания, сомато-неврологическим обследованием, определением сопутствующих психических нарушений, ретроспективным анализом совершенного деяния, поведения, материалов уголовного дела, медицинской документации, личной переписки, рисунков) и вспомогательные исследования: лабораторные методы (анализы крови, мочи и т.д.), инструментальные (электроэнцефалография, пневмоэнцефалография).

Эксперты-психиатры, давая заключение о психическом состоянии лица и его психической полноценности, решают медицинскую, а не юридическую проблему. И только следствие и суд принимают решение об уголовной (или гражданской) ответственности такого лица из-за его невменяемости в момент совершения общественно опасного деяния или недееспособности в период совершения гражданского акта или обострения хронического психического заболевания, а также о достоверности или недостоверности свидетельских показаний во время судебно-следственного процесса и во многих других случаях.

Оценка следователем, прокурором, судьей или адвокатом судебно-психиатрического заключения и его интерпретация является весьма сложной процедурой и требует не только правовых, но и судебно-психиатрических знаний (поэтому судебная психиатрия и включена в систему юридического образования). При анализе актов судебно-психиатрической экспертизы принципиально важны тщательность их оформления и соблюдение процессуальных требований, в том числе проверка фактов о предупреждении экспертов об ответственности за дачу ложного заключения, выполнении требований, которые предъявляются к судебным экспертам, наличии ответов на все вопросы, поставленные перед экспертами, соответствии фактических данных, изложенных в акте, материалам дела, обоснованности выводов о вменяемости или невменяемости, дееспособности или недееспособности. Кроме того, в актах должно быть дано четкое разъяснение кажущимся противоречивым утверждениям (например, упорядоченное поведение психически больного в быту при сохранившейся трудоспособности и заключение эксперта?психиатра о его невменяемости; или почему психически больной, ранее лечившийся неоднократно в психиатрических стационарах и состоящий на учете психоневрологического диспансера, признается вменяемым). Отсутствие в актах экспертиз четких разъяснений по поводу подобных противоречивых обстоятельств может вызвать сомнение в правдивости и доказательности заключения судебных психиатров. Это также касается изменений в ранее установленном диагнозе, оценке прогноза заболевания. В некоторых случаях (при решении вопроса о психическом состоянии испытуемого требуется компетентное суждение врачей других специальностей о болезненных состояниях, возникающих в связи с этим или сопровождающих их) появляется необходимость в создании органами, назначившими судебно-психиатрическую экспертизу, комплексных экспертных комиссий с включением в них судебных медиков (при определении беспомощного состояния лица, его немотивированных действий) и психологов в составе психолого-психиатрических экспертиз.

Акт судебно-психиатрической экспертизы является одним из источников доказательства по уголовному и гражданскому делу. Однако следует особо подчеркнуть, что только органы следствия и суда могут делать окончательный вывод о невменяемости или недееспособности обследованного экспертами-психиатрами лица. Юристы оценивают данный медицинский документ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности, руководствуясь законом и правосознанием, своими знаниями и опытом. И приводимые в акте судебно-психиатрической экспертизы доказательства для судьи, прокурора и следователя не имеют заранее установленной силы. Это возлагает на юридических работников особую ответственность перед обществом.



Принудительные меры медицинского характера, применяемые к психически больным

Принудительные меры медицинского характера – это форма государственного принуждения, назначаемого судом, в отношении психически больного, представляющего социальную опасность вследствие психического заболевания и совершения им общественно опасного деяния.

Законодатель установил, что лица, совершившие правонарушения в состоянии невменяемости, обусловленном хроническими или временными психическими расстройствами, не являются преступниками, и они не подлежат наказанию и воспитательному воздействию в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы. К ним, как и к психически больным, и к лицам, злоупотребляющим спиртными напитками или наркотиками и их суррогатами, совершившим преступления и признанным вменяемыми, по определению суда могут быть назначены различные меры медицинского характера. Эти меры в отношении психически больных являются исключительно медицинским мероприятием, направленным на лечение психических заболеваний, и осуществляются в целях предупреждения повторения ими социально опасных действий (поступков) для общества, совершаемых по болезненным мотивам.

В ст. 13 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» говорится:

1. Принудительные меры медицинского характера применяются только по решению суда в отношении лиц, страдающих психическими расстройствами и совершивших общественно опасные деяния, по основаниям и в порядке, установленным Уголовным кодексом РФ и Уголовно-процессуальным кодексом РСФСР (это положение было дополнено в 1996 году ст.ст. 22 и 97 УК РФ о возможности ряду лиц при определении наказания назначать и принудительные меры медицинского характера).

2. Вышеуказанные меры осуществляются в психиатрических учреждениях органов здравоохранения, и лица, помещенные в них, пользуются всеми правами, распространенными на лиц, госпитализированных в обычные психиатрические стационары (например, обращение к администрации по вопросам лечения и обследования, подача жалоб без цензуры, встреча с адвокатами и священнослужителями, исполнение религиозных обрядов и ношение религиозной атрибутики, выписка газет, получение вознаграждения за труд и др.).

Организационно порядок рассмотрения принудительного лечения судом осуществляется после разбирательства уголовного дела, но также в судебном заседании в присутствии лица, в отношении которого оно решается (если позволяет его психическое состояние), с участием прокурора и адвоката, а при необходимости свидетелей, потерпевших и эксперта-психиатра. Суд на основании заключения судебно-психиатрической экспертной комиссии после обсуждения принимает решение о применении к такому лицу принудительных мер медицинского характера. Эта форма медицинских мер в соответствии с ч. 1 ст. 97 УК РФ может быть назначена следующей категории лиц:

а) совершившим деяния, предусмотренные статьями Особенной части Уголовного кодекса РФ, в состоянии невменяемости (то есть тем, кто совершил убийство, изнасилование, хулиганство, кражу, разбой, государственную измену, причинившим другому вред здоровью, участвующим в актах терроризма, бандитизма, вандализма, шпионажа и многих других);

б) у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение или исполнение наказания (то есть во время проведения следствия и суда или при отбывании наказания и нахождении в исправительном учреждении);

в) совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости (то есть осужденным за преступление и страдающим психическим заболеванием, но признанным вменяемым за совершенное действие);

г) совершившим преступление и признанным нуждающимися в лечении от алкоголизма или наркомании (то есть осужденным за преступления, и не только больным хроническим алкоголизмом или наркоманией, но и злоупотребляющим спиртными напитками или наркотическими средствами).

Ч. 2 ст. 97 Уголовного кодекса РФ указывает, что принудительные меры медицинского характера назначаются только в тех случаях, когда психические расстройства у данной категории лиц связаны с возможностью в будущем причинения ими иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц (то есть в данном случае речь идет о степени социальной опасности для общества).

В юридической практике бывает, что суд, несмотря на судебно-психиатрическое заключение, не назначает принудительные меры медицинского характера, руководствуясь иными соображениями или консультативными рекомендациями. В этом случае судья и его аппарат обязаны мотивированно обосновать отказ и своевременно сообщить о таком психически больном и его деянии в соответствующие органы здравоохранении (в зависимости от приговора – в психоневрологический диспансер или поликлинику по месту проживания данного лица или медицинскую часть исправительного учреждения).

Ст. 99 Уголовного кодекса РФ предусматривает назначение судом следующих видов принудительных мер медицинского характера:

а) амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра;

б) принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа;

в) принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа;

г) принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением.

Все психиатрические учреждения, организующие в соответствии с приказом министра здравоохранения РФ принудительное медикаментозное лечение и наблюдение, находятся в ведении органов здравоохранения. Исключение составляют те из них, в которых проходят принудительное лечение осужденные (это амбулатории медицинских частей или психиатрические стационары уголовно-исполнительной системы).

Для понимания принудительных мероприятий, проводимых в подразделениях, осуществляющих принудительное лечение, необходимо рассмотреть их соответствие режимным требованиям по видам организации такого лечения в учреждениях органов здравоохранения и уголовно-исполнительной системы. Если медицинское лечение обосновывается исключительно клиническими показаниями и не зависит от вида лечебного учреждения, осуществляющего принудительные меры, то последние определяют форму надзора и целый ряд режимных мероприятий. Именно они предусматривают такие условия ограничения и содержания в них психически больных, в которых бы исключалась возможность совершения ими повторного общественно опасного деяния или других агрессивных действий. Например, принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа отличается от лечения в обычном психиатрическом отделении лишь ограничением передвижения, строгостью контроля и надзора, осуществляемого самим медицинским персоналом. В психиатрическом стационаре специализированного типа предусмотрены уже более строгие ограничения, контроль и надзор, осуществляемый медицинскими работниками, а изоляцию и внешнюю охрану несут работники отдела надзора и охраны при психиатрической больнице. В психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением ограничение, контроль и надзор производится также медицинскими работниками, внутренняя охрана и изоляция в этих подразделениях осуществляется специальными работниками отдела надзора и охраны больницы, а внешнюю охрану и в целом режимные мероприятия, как правило, организуют сотрудники того же отдела.

Эксперты-психиатры при целенаправленном рассмотрении необходимости направления психически больных на принудительные меры медицинского характера руководствуются прежде всего степенью социальной опасности, кратностью (повторяемостью) асоциальных деяний и особенностями прошлого и настоящего поведения испытуемого. Для этого им необходимы материалы уголовного дела (в которых изложены действия подследственного до, во время и после деликта), медицинская документация (в подлиннике – истории болезни, амбулаторные карты, материалы предыдущих обследований и экспертиз). Эксперты в таких случаях должны установить (помимо психиатрического диагноза) истинные мотивы и психопатологические механизмы инкриминируемого деяния и определить возможность повторного его совершения.

Во всех случаях основанием для осуществления принудительных мер медицинского характера (в амбулаторных или стационарных условиях) является определение суда, к которому приобщают копию акта судебно-психиатрической экспертизы или акта психиатрического обследования (для осужденных), а также документы, удостоверяющие личность (паспорт, военный билет и др.). Исполнение определения суда о направлении таких больных на амбулаторное принудительное лечение или в психиатрическую больницу производится силами и средствами органов внутренних дел.

Рассмотрим клинические показания, которыми руководствуются эксперты-психиатры при решении о назначении того или иного вида принудительного лечения психически больным.

Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра (например, в психоневрологическом диспансере по месту жительства или медицинской части исправительного учреждения по месту отбывания наказания) назначается, если по своему психическому состоянию испытуемый не нуждается в госпитализации в психиатрический стационар и совершенное им деяние не имеет выраженный антисоциальный характер.

Принудительные меры медицинского характера в стационарных условиях назначаются безусловно при наличии медицинских и социальных показаний, если характер психических расстройств у подэкспертного требует таких условий лечения, ухода, надзора, содержания и наблюдения, которые могут быть осуществлены только в психиатрическом стационаре.

Поэтому принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа назначается лицу, которое по своему психическому состоянию и характеру совершенного деяния нуждается в стационарном лечении и общем надзоре, но не требует интенсивного наблюдения.

Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа назначается лицу, которое совершило общественно опасное деяние, не связанное с посягательством на жизнь граждан, и по своему психическому состоянию нуждается в стационарном лечении и требует постоянного наблюдения и надзора.

Принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением назначается лицу, которое по своему психическому состоянию и характеру общественно опасного деяния представляет особую опасность для себя и других и требует постоянного и интенсивного наблюдения.

При осуществлении принудительного лечения применяются методы диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные Министерством здравоохранения РФ, и их выбор определяется исключительно клиническими показаниями, знанием, опытом и совестью лечащего врача (консультанта). Кроме того, следует знать, что в соответствии со ст. 102 УК РФ продление, изменение и прекращение принудительных мер медицинского характера производится судом по представлению администрации учреждения, осуществляющего принудительное лечение, на основании медицинского заключения комиссии врачей?психиатров: при прекращении и изменении такой меры не реже одного раза в шесть месяцев, а при продлении – первый раз по истечении шести месяцев, а в последующем ежегодно.

Суд выносит об этом свое определение с учетом этих рекомендаций, исходя из клинического состояния и социальной опасности больного человека и возможности повторения им общественно опасных действий.

Если же суд все-таки сочтет возможным прекращение принудительных мер медицинского характера, то он может передать психически больного, совершившего общественно опасное деяние и признанного невменяемым, на попечение родственникам или опекунам при обязательном последующем врачебном наблюдении и лечении в психоневрологическом диспансере. При этом органы здравоохранения могут поместить такого больного в психиатрическую больницу на лечение на общих основаниях или поставить его на специальный учет и динамическое диспансерное наблюдение в психоневрологический диспансер по месту жительства для оказания медицинской и социальной помощи в соответствии с состоянием его здоровья.

При решении вопроса о возможности изменения или отмены принудительных мер медицинского характера (лечения) используется принцип ступенчатости, заключающийся в постепенном смягчении мер от более строгих к менее строгим видам, вплоть до полной отмены их. В то же время, если в период нахождения в психиатрическом стационаре на принудительном лечении медицинское наблюдение установит отсутствие у данного лица психического заболевания и (или) обоснованности признания его невменяемым, соответствующее медицинское заключение комиссии психиатров направляется администрацией лечебного учреждения в прокуратуру по месту нахождения суда, вынесшего определение о назначении на принудительное лечение, для пересмотра этого определения в установленном законодательством порядке. Ходатайство об отмене или изменении принудительных мер медицинского характера в соответствии со ст. 445 УПК РФ могут возбуждать перед судом также близкие родственники и опекуны больного, находящегося в психиатрическом учреждении, и иные заинтересованные лица.

Юристам необходимо знать, что психоневрологический диспансер муниципальных органов здравоохранения осуществляет специальный учет и особое наблюдение за психически больными даже после прекращения принудительных мер медицинского характера. В этом принимают участие и территориальные органы милиции по месту специального учета в соответствии с требованиями одного из совместных приказов министра здравоохранения и министра внутренних дел РФ.

В ряде случаев психически больные, представляющие общественную (социальную) опасность, не удерживаются по различным причинам на том виде принудительных мер медицинского характера, который был им определен судом. Тогда руководство психиатрического стационара на основании медицинского заключения, составленного психиатром (заведующим отделением, лечащим врачом, ординатором), оформляет соответствующие документы и направляет их в суд для вынесения определения на более строгий вид принудительного лечения и надзора.

При оценке деяний, совершенных психически больными (например, агрессии по бредовым мотивам или под влиянием императивных галлюцинаций и др.), психиатры довольно часто констатируют отсутствие параллелизма между клиническим диагнозом, характером совершаемых ими действий и их потенциальной опасностью для общества. И все же практика показывает, что наиболее социально значимы такие психопатологические расстройства, как систематизированные формы бреда, галлюцинаторные нарушения, депрессивные и маниакальные состояния, ипохондрические переживания, аффективная напряженность, явления психического и физического автоматизма, сумеречное сознание (например, при эпилепсии, травмах головного мозга), периоды дисфории у больных с параноидной настроенностью, изменения личности с явлениями слабоумия.

В то же время нельзя считать психически больных людей постоянно социально опасными. Эти лица в основном пребывают в состоянии достаточной компенсации. И степень их социальной опасности находится в определенной зависимости от остроты психического заболевания, его течения и во многом – от социальных условий их личной жизни, быта и труда. На поведенческие реакции таких лиц определенное влияние оказывают также алкоголизация, конфликтные условия их жизнесуществования, излишняя политизация общества.

Время пребывания больного на принудительном лечении и наблюдении в амбулаторном или психиатрическом стационарном учреждении определяется клиническими особенностями психического состояния, тяжестью и течением заболевания. Администрация психоневрологического диспансера и психиатрической больницы ставит вопрос о прекращении принудительных мер медицинского характера перед судом в случае излечения или при таком психическом состоянии, когда прежняя социальная опасность больного исчезает и клинические критерии говорят о стойкой компенсации (улучшении). Но, решая вопрос о снятии принудительного лечения, и врачи, и суд должны учитывать те социальные условия, в которые попадает такое лицо после выписки из психиатрического учреждения.

Наиболее действенными мероприятиями по предупреждению повторных социально опасных действий психически больных являются активное и постоянное наблюдение за ними врачей психоневрологических диспансеров, непрерывное лечение, положительное решение жилищных, бытовых и производственных проблем, пребывание в социально благополучной семье и установление опеки, а также контроль за осуществлением принудительных мер медицинского характера как со стороны прокуратуры, так и органов здравоохранения.

В судебно-следственной практике довольно большой процент составляют преступления, которые совершают лица, злоупотребляющие алкоголем и наркотиками. В этих случаях суд при наличии медицинского заключения психиатра?нарколога по ходатайству органа здравоохранения, общественности или по своей инициативе наряду с наказанием за совершенное преступление в соответствии со ст. 104 УК РФ может применить к ним принудительное лечение в местах отбывания наказания уголовно-исполнительной системы. Прекращение его также производится судом по представлению администрации исправительного учреждения, исполняющего наказание, на основании заключения комиссии врачей?психиатров. Кроме того, суд вправе по ходатайству членов семьи, органов опеки и попечительства или лечебного учреждения признавать их ограниченно дееспособными и устанавливать над ними попечительство.

Таким образом, изучение данного вопроса позволит уяснить проблему принудительного лечения и других мер медицинского характера в отношении психически больных, совершивших общественно опасное деяние, или совершивших преступление и страдающих психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, или признанными нуждающимися в лечении от алкоголизма или наркомании, понять необходимость их назначения, порядок применения, осуществления и отмены, организации принудительного наблюдения и лечения этих лиц.



Общие понятия о психических заболеваниях

Психическое (душевное) заболевание является результатом сложных и разнообразных нарушений деятельности органов и систем человека с преимущественным функциональным или органическим поражением головного мозга. В то же время психическое здоровье людей всегда следует оценивать с учетом не только биологических, но и социальных закономерностей, оказывающих опосредованное влияние на состояние психики. Психиатры отмечают, что в процессе развития человека существует определенная зависимость его психического состояния от ряда биологических и социальных факторов (внешней среды, наследственности, уровня интеллекта, типа личности, индивидуальных черт характера, вредных привычек). Именно поэтому, выясняя причины возникновения психических заболеваний, необходимо усвоить, что наиболее серьезное значение в их развитии имеют:

- патологическая наследственность (например, при шизофрении, олигофрении, эпилепсии);

- поражение головного мозга (например, при черепно?мозговой травме, заболеваниях головного мозга, мозговых опухолях различной этиологии, нарушениях мозгового кровообращения и кровоизлияниях в головной мозг, атеросклеротических изменениях сосудов головного мозга);

- психотравмирующие потрясения в семье и обществе, значимые для человека, затрагивающие его личную честь, достоинство, социальный престиж, карьеру, связанные с угрозой личному благополучию, здоровью и жизни;

- острые и хронические интоксикации спиртосодержащими и наркотическими веществами или их суррогатами, никотином, лекарственными препаратами, промышленными ядами;

- перенесенные острые и хронические инфекционные заболевания;

- аутоинтоксикация (самоотравление) как результат нарушения обмена веществ при острых и хронических заболеваниях (например, диабете);

- нарушение генетического механизма (например, при облучении).

Возникновению и прогрессированию психических нарушений способствуют определенные условия, в которых пребывает человек в семье, коллективе и обществе. Эти расстройства усиливаются также при астенических состояниях после длительной умственной или физической работы, перенесенного заболевания, нервно?психического перенапряжения, вынужденной бессонницы, психического потрясения (стресса). Особенности внутренней и внешней среды в зависимости от конкретной ситуации и обстоятельств в значительной степени могут способствовать или, наоборот, затруднять патологическое развитие психических расстройств у человека (например, во время Великой Отечественной войны, когда в обществе преобладала идея победы над врагом, снизилось число психических заболеваний). Установлено, что элементы психических расстройств в зачаточной форме заложены в психике каждого, но они слабо выражены, не дифференцированы, только обозначены. Нужны определенные причины и условия, при которых эти нарушения проявились бы в виде душевного заболевания.

По течению различают острые и хронические психические заболевания. К острым психическим заболеваниям относят заболевания (расстройства, нарушения, психозы), развивающиеся быстро, скоротечно и обычно заканчивающиеся выздоровлением (например, алкогольные психозы, исключительные состояния); к хроническим – психические заболевания (расстройства, нарушения) с длительным течением, которые отличаются постепенным нарастанием клинических проявлений (прогредиентностью), а затем спадом остроты психопатологических симптомов и синдромов и появлением более или менее длительной и устойчивой ремиссии, то есть они характеризуются определенной динамикой (стадийностью) болезненного процесса. При этом выделяют следующие стадии течения психического заболевания:

предвестников (предманифестная), характеризующаяся появлением ряда симптомов (общих для разнообразных болезней): тревожности, раздражительности, головной боли, нарушения сна, недомогания, беспричинной слабости и др.;

дебют (манифестная) – это острая фаза собственно заболевания или рецидива (обострения психической болезни), которая развивается постепенно или, наоборот, быстро и остро. Дебют заболевания характеризуется такими симптомами, как бред, галлюцинации, речедвигательное возбуждение или торможение. В дальнейшем на этой стадии наблюдается развернутая клиническая картина болезни с определенной закономерностью течения и темпом нарастания болезненных симптомов, который может быть быстрым, злокачественным или медленным, длительным, хроническим с постепенным расширением патологических проявлений, обычно приводящих к психическому дефекту в виде слабоумия (например, это типично для шизофрении, эпилепсии и др.);

исход (постманифестная), при котором возможны: выздоровление (характерно для острых психозов, исключительных состояний); ремиссия (улучшение клинического состояния в виде различной по времени и степени компенсации болезни); дефектное состояние (преобладает вялотекущее течение болезни, она как бы останавливается, но стойкие необратимые изменения личности и характера, явления нарастающего слабоумия остаются); летальный исход (смерть пациента наступает в результате соматических осложнений).

Однако в некоторых случаях развитие психического заболевания останавливается, и психиатры констатируют у больных только изменения личности и характера. В то же время повторные приступы психических нарушений приводят к тому, что у больных становятся более заметными патологические признаки психического дефекта и психической инвалидизации. Следует отметить, что своевременно начатое лечение уменьшает число тяжелых исходов у психически больных.

От психических заболеваний с прогрессирующим течением (например, шизофрении) необходимо отличать болезненные нарушения психики, при которых нет прогрессирования болезненного процесса и нарастания патологических расстройств. К таким заболеваниям относятся олигофрения, иногда последствия черепно?мозговой травмы. В то же время психиатры отмечают, что эти состояния у психически больных в течение жизни могут изменяться в основном в сторону ухудшения (как правило, под воздействием психогенно обусловленных коллизий, алкоголизации, наркотизации, соматических заболеваний).

Современная классификация психических заболеваний создана Всемирной организацией здравоохранения. Она учитывает причины возникновения психических расстройств, характер клинических проявлений, течение психического заболевания.

Единая классификация психических заболеваний диктуется не только медицинскими требованиями (однообразием диагностики, учета, документации), но и социальными (единым подходом к реабилитации, оптимальным решением вопросов инвалидизации, пенсионным обеспечением).

Для определения формы и вида заболевания, то есть при постановке диагноза, учитывают: этиологию, симптоматику, клиническое течение, фазу процесса, прогноз и исход заболевания. Только совокупность этих данных позволяет установить нозологическую единицу психической болезни, сделать вывод о необходимости лечения, привлечения к уголовной, гражданской и иной ответственности за совершенное деяние, определить дееспособность, прогноз, трудовые возможности и инвалидизацию пациента.

Существует несколько групп психических болезней, в возникновении которых определенную роль играют внутренние и внешние факторы; их клинические проявления различны (прогредиентность симптомов и синдромов в течении болезни, осложнения – психический дефект).

Разберем классификацию психических заболеваний более подробно (хотя в этом присутствует определенная условность).

К группе эндогенных заболеваний относятся шизофрения, эпилепсия, маниакально-депрессивный психоз. Они обусловлены внутренними причинами (чаще патологической наследственностью), при этом прогредиентность психических нарушений нарастает, психический дефект (сопровождающий эти заболевания) в большинстве случаев прогрессирует.

К группе экзогенных заболеваний, обусловленных внешними причинами (при этом также прогредиентность психических расстройств нарастает, психический дефект в большинстве случаев прогрессирует), относятся: последствия черепно-мозговых травм, онкологических, инфекционных и соматических заболеваний, интоксикации, а также нарушения психики, возникающие вследствие психической травмы (так называемые психогенные расстройства). В последнем случае из-за их кратковременности заметной прогредиентности в психической патологии после этих состояний нет, психический дефект в виде слабоумия отсутствует, такие лица практически выздоравливают.

К группе психических расстройств, вызванных нарушениями развития психики, относятся: умственная отсталость (олигофрения), расстройства характера (психопатия). Вследствие особенностей их течения видимая прогредиентность клинической симптоматики отсутствует, а психический дефект остается стабильным.

В судебной психиатрии принята несколько иная класификация психических заболеваний, которая исходит из медицинского критерия невменяемости (ст. 21 УК РФ). Согласно этой классификации нарушения психической деятельности подразделяются на хронические и временные психические расстройства, слабоумие и иные болезненные состояния психики.

При судебно-психиатрическом исследовании особенно важны ретроспективная оценка совершенных действий (поступков), фазы течения заболевания (в прошлом), особенности развития личности и поведения больного во время деликта и в различных жизненных ситуациях. Эти сведения могут быть получены экспертами?психиатрами из материалов, которые должны быть предоставлены следователем (судьей) вместе с постановлением (определением): уголовное (гражданское) дело, в котором обязательно должно (вольно или невольно) в той или иной степени описываться психическое состояние подэкспертного во время деликта; медицинские документы: амбулаторная карта из следственного изолятора или психоневрологического диспансера по месту жительства в подлиннике, истории болезни из различных стационаров (психиатрических, наркологических, соматических), медицинские заключения (предыдущих судебно-психиатрических, трудовых экспертиз). Необходимо также предоставление документов (если они были) из военкоматов: военного билета, медицинских обследований (психиатрического, психологического) при призыве и увольнении из Вооруженных Сил (особенно если это привело к комиссованию по болезни). Крайне важны материалы, характеризующие личность испытуемого: различные характеристики и аттестации (из школы, места работы, службы), личные письма и другая переписка, дневники, заметки, рисунки, выяснение обстоятельств свободного времяпровождения (увлечения). Следует обязательно уточнить степень социально-трудовой деградации и выяснить ее причины по фактическому материалу.

Совокупность клинических данных, материалов дела (медицинских и других документов) в таком случае позволит достоверно установить диагноз психического заболевания у испытуемого и дать соответствующую (ретроспективную) оценку его действиям во время криминала. Для правильного понимания и интерпретации экспертных заключений судебных психиатров необходимо иметь представление о методах его обоснования, то есть о психиатрическом обследовании подэкспертных.

Психиатрическое обследование – это комплекс медицинских мероприятий, в который входит сбор анамнеза (истории заболевания и жизни испытуемого), определение психического статуса, различные методы исследования и медицинское наблюдение за ним. При сборе анамнеза врачи обращают внимание прежде всего на сведения о психическом и соматическом (физическом) развитии, состоянии психического здоровья обследуемого в прошлом, данные о наследственности (то есть о психических заболеваниях и чертах характера близких родственников), становлении личности больного в разные возрастные периоды, отклонениях при этом. Выясняются особенности поведения пациента в детском, подростковом и юношеском возрастах, усвоение им школьной программы, овладение профессиональными навыками и знаниями, его интересы, привычки, увлечения, их постоянство и глубина. Врачей всегда интересует личная жизнь подэкспертного, состояние семейных отношений и трудовая биография. Кроме того, психиатры в своих исследованиях учитывают данные о перенесенных сомато-неврологических и иных заболеваниях, черепно?мозговых травмах, об употреблении алкоголя и наркотиков. Имеют значение и причины отсрочки от призыва в армию, обследования (в прошлом) в психиатрических учреждениях и мотивы их проведения, сведения об асоциальных поступках и судимостях. Собирается подробная информация о психических отклонениях, странностях в поведении, проведенном лечении и консультациях у психиатров и пребывании под наблюдением в психоневрологических и наркологических диспансерах.

Сведения, полученные от испытуемого (больного), называются субъективным анамнезом, а данные, полученные от лечебных учреждений, специалистов?медиков, из материалов уголовного дела, – объективным анамнезом. Необходимо подчеркнуть, что эксперт?психиатр может беседовать с родственниками подэкспертного только с разрешения следователя и в исключительных случаях. При проведении судебно-психиатрической экспертизы психиатры большое значение придают различным документам (характеристикам, аттестациям), которые дают представление об испытуемом, его личностных особенностях как в прошлом, так и в период совершенного деяния, особенно если интересующие экспертов данные представлены в подлинниках или медицинских документах.

Определение психического статуса в период обследования подэкспертного достигается прежде всего путем бесед с ним психиатра и постоянного наблюдения за его поведением, фиксацией симптомов и синдромов, их динамики. При проведении судебно-психиатрической экспертизы возможно применение других методов, уточняющих черты личности больного и способствующих установлению диагноза. Важным вспомогательным методом является экспериментально?психоло­гическое исследование, которое дает представление о личностных особенностях обследуемого, характере и глубине его психических расстройств. При этом с помощью психологических тестов и методик определяют отдельные стороны психических возможностей обследуемого (восприятие, мышление) и их нарушения.

Обязательным при исследовании психического статуса испытуемого является физическое, лабораторное, биохимическое и инструментальное обследование, необходимое для решения лечебных, диагностических и экспертных задач, так как ряд психопатологических нарушений сопровождается изменениями со стороны сомато-неврологической сферы. Констатация их уточняет диагноз о расстройствах психической деятельности.

Таким образом, рассмотрение общих положений и классификации психических заболеваний поможет понять, в чем состоят причины их возникновения, суть болезненных проявлений в клиническом течении и стадийность психопатологического процесса, уяснить основные группы психических заболеваний, краткие характерологические признаки и особенности каждой из них, уточнить основные и вспомогательные методы, применяемые при постановке диагноза и судебно-психиатрической оценке тех или иных деяний испытуемых. Все это важно при интерпретации юристами заключений экспертов-психиатров, построения следственной версии и принятия других необходимых мер.



Симптоматология психических болезней

В основу классификации психических болезней положены психологический принцип и терминология (так исторически сложилось в психиатрии), которые довольно относительны и субъективны. Тем более, как известно, психология, в отличие от психиатрии, изучает нормальные и болезненные проявления психики только при обычном (здоровом) функционировании головного мозга, а не при острых и хронических нарушениях психической деятельности у больных людей.

Наиболее элементарной формой психической деятельности считаются ощущения, при помощи которых в головном мозгу отражаются отдельные свойства и явления объективного мира, непосредственно воздействующие на органы чувств человека. Особенности их расстройств и образуют различные симптомы (качественные признаки паталогического состояния или болезни).

Восприятие – психический процесс, отражающий в сознании человека действительность, предметы и явления, непосредственно воздействующие на органы чувств. При этом возможно нарушение комплекса ощущений, отражающих предмет на основе предшествующего опыта (проявляется в иллюзиях, галлюцинациях, псевдогаллюцинациях).

При расстройстве мышления констатируют: нарушение объективно существующих связей между явлениями, обобщениями фактов и образованием понятий; нарушение речи (которая может быть замедленной, заторможенной, ускоренной, разорванной, бессвязной, обстоятельной, резонерской и т.д.); слабость мышления и неспособность к критической оценке, приводящие к слабоумию врожденному (при олигофрении), приобретенному (при шизофрении).

Сознание – высшая форма психики, возникшая в процессе общественной деятельности людей при постоянном общении между собой с помощью языка, открывающая человеку возможность обобщенного и всестороннего знания законов природы и общества, преобразования окружающего мира. При его расстройствах психическая деятельность теряет целенаправленный, подконтрольный, осознанный характер, исчезают ясность, осмысленность поведения, способность ориентироваться в пространстве, во времени (при этом отмечается помрачение сознания, оглушенность, аменция, деперсонализация и др.).

При нарушениях памяти происходит потеря способности головного мозга фиксировать и сохранять следы ощущений, восприятий и деятельности, то есть удерживать в памяти их объекты; память может ослабевать при новых впечатлениях и сохранять старые, резко ослабевать на отдельные события или периоды времени в прошлом и настоящем. При этом фиксируют амнезию и ее разновидности – парамнезию, конфабуляцию.

При расстройствах эмоций (чувств) нарушается субъективное отношение человека к внешнему миру и внутреннему состоянию. Отмечается эмоциональная неадекватность, тупость, холодность, может выявляться маниакальность, депрессия, дисфория, аффект (наивысшее напряжение чувств).

Некоторые особенности мыслительной (умственной) деятельности имеют преобладающее значение при анализе деяний подэкспертных лиц.

Влечение – такое состояние, при котором независимо от сознания возникают субъективно переживаемые потребности, стимулирующие деятельность человека и придающие ей определенную направленность (например, половое); оно может быть импульсивным, контрастным, навязчивым.

Интеллект – умственная способность, определяющая психическую деятельность человека, его уровень знаний, опыта, интуицию; он может быть высоким, низким и т.д.

Критика – умственная способность человека проанализировать и оценить (разобрать) свои (чужие) поступки, действия, высказывания; она может быть нарушена или отсутствовать.

Воля – умственная способность человека действовать для реализации сознательно поставленной цели, преодолевая внутренние и внешние препятствия; она может быть нарушена или отсутствовать.

Нередко в актах судебно-психиатрических экспертиз упоминаются симптомы негативные и позитивные. Симптом психический негативный (минус симптом) – общее название наблюдаемых при психических болезнях признаков обеднения личности больного, изменения его склада, ослабления психической деятельности (астения, ступор). Симптом психический позитивный (плюс симптом) – общее название наблюдаемых при психических болезнях признаков усиления психопатологической деятельности (бред, галлюцинации, аффект, аккумуляция аффекта).

Синдромы (симптомокомплексы) – совокупность симптомов, объединенных единым патогенезом. Последовательная смена их образует клиническую картину психического заболевания и отражает закономерности его развития в динамике болезненного процесса. Различают семь основных групп синдромов.

I группа – невротические, в которую входят: астенический, при котором преобладают вегетативные нарушения (наиболее распространенный), истерический (возникает под влиянием психотравмирующих факторов чаще у лиц с повышенной внушаемостью и самовнушаемостью, характеризуется полиморфными психическими, вегетативными, соматическими нарушениями), навязчивый (на фоне тревожно-подавленного настроения отмечаются стойкие навязчивые расстройства), ипохондрический (необоснованный страх за свое здоровье), сенестопатический (тягостные ощущения на теле) и другие синдромы.

II группа – аффективные, в основе которых лежат расстройства эмоций и настроения. В зависимости от аффекта различают: маниакальный, депрессивный, галлюцинаторный, параноидный (психозы с бредовыми расстройствами), парафренный (бред величия), сверхценных идей (определяющих поведение и подчиняющих личность), галлюцинаторно?параноидный (психического автоматизма или Кандинского?Клерамбо, псевдогаллюцинации, бред преследования и воздействия) и другие синдромы.

III группа – кататонические, для которых характерны двигательные нарушения в виде возбуждения (принятие неестественных поз, кривляние и др.) или заторможенности (ступора).

IV группа – помрачения сознания (преходящие кратковременные грубые нарушения психической деятельности). Для них типичны: отрешенность от окружающего, дезориентировка (в том числе и собственной личности), нарушение мышления, запамятование. В этой группе выделяют и такие синдромы, как оглушение, делириозный (ложная ориентировка, истинные зрительные галлюцинации, иллюзии, бред, двигательное возбуждение), онейроидный (фантастические переживания), аментивный, суженного сознания и др.

V группа – амнестические, для которых характерны психические расстройства: амнезия, дезориентировка, конфабуляции.

VI группа – синдромы слабоумия. Характеризуется изменением личности (заострение черт характера), дисгармонией (расстройством характерологических черт, изменением особенностей характера) и собственно слабоумием, которое может быть врожденным (например, при олигофрении) и приобретенным (деменция, например, у лиц, перенесших черепно-мозговые травмы, страдающих атеросклерозом, перенесших заболевания головного мозга). Слабоумие может быть тотальным (полным) или частичным (лакунарным).

VII группа – психоорганические, при которых обнаруживают нарушение памяти и интеллекта, лакунарную и тотальную аффективность на фоне эмоциональной неустойчивости и астенических нарушений (например, при травмах и заболеваниях головного мозга и их осложнениях, в инволюционном периоде).

Кроме того, синдромы так же, как и симптомы, различают по возможности прогрессирования клинических проявлений. Поэтому среди них выделяют: позитивные (продуктивные) психопатологические синдромы, имеющие тенденцию к обратному развитию и восстановлению нормальной психической деятельности (например, астенический, истерический, аффективный, помрачения сознания), и негативные (дефицитарные) – довольно стойкие, необратимые (например, амнестический, слабоумия).

Таким образом, нами кратко разобраны клинические психопатологические симптомы и синдромы, их группировка и терминология, употребляемая экспертами при проведении судебно-психиатрических экспертиз. Их понимание очень важно при интерпретации юристами актов-заключений, представляемых на испытуемых после обследования, и судебно-психиатрических выводов.



Шизофрения

Шизофрения – эндогенное хроническое психическое заболевание невыясненной до конца этиологии, склонное к прогредиентному течению, сопровождающееся изменениями личности в виде снижения общей активности, аутизмом, утратой единства психических процессов, нарушением мышления, эмоциональным оскудением и другими разнообразными клиническими проявлениями, приводящими к психическому дефекту. Встречается у каждого сотого жителя России, особенно у мужчин 15–25?летнего возраста. Это психическое заболевание с прогрессирующим течением и разнообразной психопатологической симптоматикой, вплоть до появления психического дефекта – шизофренического слабоумия. Наиболее характерные его клинические признаки выражаются в расстройстве процессов мышления (разорванности речи, неадекватности), эмоциональной сферы (эмоциональной напряженности, тупости и холодности). Довольно часты у больных шизофренией слуховые галлюцинации (угрозы, оклики, приказы), бред (преследования, ревности, отравления), которые они могут и нередко пытаются скрывать (диссимулировать). В то же время память больного, его интеллект, полученные ранее знания остаются длительное время без значительных изменений. Но постепенно работоспособность заболевшего падает.

Клиническая симптоматика больных шизофренией характеризуется постепенным снижением психической активности, нарастанием личностных изменений, уходом в свою внутреннюю жизнь, ранимостью, сужением круга интересов, неуживчивостью, конфликтностью, оппозицией ко всему, исчезновением прежних привязанностей, равнодушием к близким и их страданиям, бездушием, потерей любознательности и интереса, прогрессирующей вялостью и пассивностью, нарушением адаптации, манерностью, оригинальностью, вздорностью, чудачеством. В то же время у них отмечают раздражительность, злобность, грубость, агрессивность, утрированный педантизм, сутяжничество. Возможна вербигерация в виде повторения одних и тех же слов и фраз.

Психическая несостоятельность у больных шизофренией сопровождается бессистемным изучением философско?мистических и других учений, разработкой собственных методов физического и духовного совершенствования, стремлением к изобретательству. Но эти занятия у них поверхностны, не имеют практической значимости, ничем не обогащают личность, и ее развитие приостанавливается. При умственном напряжении и социальных катаклизмах атаки (приступы) шизофрении усиливаются, прогредиентность течения заболевания нарастает, дальнейший прогноз пессимистичен.

По особенностям клинического течения выделяют следующие формы шизофрении: непрерывнотекущая, приступообразно-прогредиентная, периодическая (рекуррентная). По темпу нарастания психопатологических расстройств шизофрению классифицируют на такие формы, как злокачественная, умеренно прогредиентная, вяло протекающая. В большинстве случаев течение шизофрении носит хронический, но прогрессирующий характер, с рецидивами и ремиссиями и постепенным формированием дефектного состояния (шизофренического слабоумия). Это заболевание редко заканчивается выздоровлением.

Неразрывно с прогредиентностью шизофрении следует рассматривать особенности конкретных клинических психопатологических симптомов и синдромов, а также степень их тяжести, более выраженных в период рецидива заболевания. Прежде всего это:

- расстройство ассоциативной деятельности (потеря единства мыслительной деятельности, бессмысленные сочетания, разорванность, соскальзывание речи, резонерство, непродуктивность);

- амбивалентность (наличие двойственных противоположных тенденций);

- аутизм (погруженность во внутренний мир, недоступность в общении);

- эмоциональная тупость (нарастающая вялость и апатия, безразличие к окружающим, исчезновение прежних привязанностей и интересов, черствость, сухость, холодность);

- склонность к стереотипиям в психической сфере (манерность, оригинальность, негативизм, оппозиционность ко всему и ко всем, импульсивность).

У больных шизофренией в период рецидива также часто констатируют такие продуктивные симптомы, как галлюцинации (обманы органов чувств); бредовые идеи (преследования, воздействия, ревности, реформаторства, высокого социального положения и др.), которые нелепы, несистематизированы, бессвязны, отрывочны, переживаемы; аффективные состояния (возбуждения, торможения, напряжения) и многие др.

Психиатры в клиническом течении шизофрении выделяют:

- обострение (рецидивы, атаки, приступы), при котором диагностируют резкое усиление психопатологических симптомов и констатируют появление новых;

- ремиссии с обратным развитием психопатологических симптомов заболевания под влиянием лечения или даже самопроизвольно;

- дефектное состояние, которое обычно возникает после шизофренического процесса в виде изменения характера, эмоциональной обедненности, аутизма, апатии, нарастания слабоумия, которое может также сопровождать и период ремиссии.

Судебные психиатры, давая судебно-психиатрическую оценку деяниям больных шизофренией, всегда обращают внимание юристов на то, что криминогенность данной группы лиц возрастает при обострении психопатоподобных расстройств и бредовых нарушений, когда преобладают двигательное возбуждение и импульсивные действия.

Таким образом, изучение симптоматологии и возможных деяний при шизофрении, а также интерпретация актов судебно-психиатрической экспертизы приводят к следующим выводам:

- противоправные действия совершаются больными преимущественно на начальном этапе заболевания; чаще это бывает хулиганство или поступки, связанные с расстройством влечений или импульсивными действиями;

- в остром периоде заболевания, при психозах, непрерывно текущем процессе или выраженном шизофреническом дефекте (даже в период ремиссии) постановка диагноза не вызывает сомнения и больные признаются невменяемыми;

- при обнаружении шизофренического дефекта и стойких позитивных расстройств (астении, депрессии, маниакальности, паранойяльности, галлюцинаций, бреда, помрачения сознания) даже в период ремиссии больные признаются невменяемыми;

- в качестве психопатоподобных расстройств у больных шизофренией можно рассматривать отрицание психического заболевания; они предпочитают даже нести уголовную ответственность, чем быть признанными психически больными;

- при правонарушениях, совершенных в период длительной ремиссии или выздоровления с удовлетворительной социальной адаптацией, такие лица признаются вменяемыми;

- необходима осторожность при лишении больных шизофренией юридических прав (дееспособности), так как это резко нарушает их профессиональную и социальную адаптацию и сводит на нет результаты лечебного воздействия;

- лица, находящиеся под следствием и судом, с целью уклониться от уголовной ответственности в настоящее время склонны симулировать шизофрению чаще, чем другие психические заболевания.



Эпилепсия

Эпилепсия – хроническое психическое заболевание, в клинике которого отмечают судорожные и бессудорожные припадки (пароксизмы), психозы и специфические изменения личности, вплоть до эпилептического слабоумия. Эпилепсия довольно часто распространена у правонарушителей молодого возраста. Среди причин, вызывающих эпилепсию, наибольшее значение имеют наследственность (алкоголизм, наркомания, сифилис родителей), а также травмы и заболевания головного мозга.

Проявления эпилепсии довольно многообразны. Однако каждому больному, страдающему ей, свойственны достаточно постоянные эпилептические нарушения. Во всех случаях после возникновения судорожных и бессудорожных пароксизмов они наблюдаются обычно в течение всей жизни больного, на фоне в той или иной степени выраженности специфических изменений личности. Ухудшение в состоянии здоровья больных эпилепсией бывает самопроизвольным (некоторые связывают с изменением метеорологических условий), но чаще оно провоцируется воздействием психогенно-травмирующей ситуации, приемом наркотиков, черепно-мозговыми посттравматическими изменениями и заболеваниями головного мозга.

Психопатологические проявления эпилепсии позволили психиатрам выделить по основным симптомам три основные группы этого психического заболевания, хотя одни и те же нарушения (симптомы) могут встречаться в каждой из них. Разберем эти группы более подробно, так как во многом их клиника определяет различное поведение правонарушителей.

I группа – судорожные (пароксизмальные) состояния. Они делятся на большие и малые эпилептические припадки (группа пароксизмально-судорожных состояний) и эпилептические эквиваленты.

Большие эпилептические припадки характеризуются кратковременными судорожными приступами, сопровождающимися потерей сознания. Это один из основных симптомов эпилепсии. Он длится 1–3 минуты и проявляется последовательной сменой следующих фаз:

- ауры (обычно возникающей за несколько секунд или минут до припадка в основном в виде разнообразных вегетативных, психических, сенсорных и двигательных нарушений);

- тонических и клонических судорог на фоне нарушенного сознания (возможно с прикусыванием языка, непроизвольным мочеиспусканием);

- оглушения сознания либо кратковременного сна.

Такие состояния возможны без видимой потери сознания и с незначительными судорогами (атипичные припадки) или без приступов, ограничивающихся только одной из его фаз (абортивные припадки). Больные о случившемся приступе ничего не помнят (амнезия) и узнают о своих судорожных припадках по обнаруженным повреждениям головы, туловища, конечностей, последующей разбитости и головной боли.

В психиатрической практике известна и “симптоматическая эпилепсия”, при которой судорожные расстройства являются лишь симптомом основного заболевания (последствий черепно?мозговой травмы, болезни головного мозга, ревматизма, острой и хронической интоксикации алкоголем, наркотиками или их суррогатами).

Малый эпилептический припадок обычно диагностируют на фоне кратковременной потери сознания. Ему тоже может предшество­вать аура. При этом обращает на себя внимание то, что больные или «застывают» в одной позе, или у них возникают стереотипные движения, произношение одних и тех же фраз, или появляется блуждающий взгляд, либо, наоборот, взгляд, устремленный в одну точку. При данном виде пароксизма могут быть заметными отдельные судорожные подергивания различных групп мышц. В эту же группу эпилептических нарушений входит парциальный припадок и абсанс.

Парциальный припадок – это состояние, которое сопровождается развитием клонических и тонических судорог в определенной группе мышц.

Абсанс – кратковременная (на несколько секунд) потеря сознания без судорожных проявлений, с последующей утратой памяти на события, предшествующие расстройству сознания.

Большие и малые припадки могут быть у больных единичными в жизни или неоднократно повторяющимися (серия припадков) в течение дня, недели, месяца. Но во всех случаях они сопровождаются амнезией о случившемся. Если они повторяются так часто, что между ними не происходит полного прояснения сознания, то говорят об эпилептическом статусе (требующем неотложные медицинские мероприятия в условиях стационара).

Эпилептические эквиваленты – непродолжительные психические нарушения, развивающиеся как бы вместо припадка. Они однотипны и чаще проявляются в виде дисфории (расстройства настроения, тоски, страха, раздражительности, злобы, напряженности, подозрительности, готовности к агрессии) и сумеречных помрачений сознания (потери ориентировки, галлюцинаторно?бредового восприятия действительности, аффекта страха, злобы, агрессии).

Варианты сумеречного помрачения сознания при эквивалентах – фуга и транс – довольно часты в практике судебной психиатрии. При этом больные в состоянии измененного сознания производят внешне целесообразные, иногда довольно сложные действия (спасаются, предотвращают опасности, блуждают, путешествуют пешком, на транспорте). Внешне такие лица ничем на себя не обращают внимание, за исключением того, что они полностью погружены в свои мысли. Продолжительность каждого такого эпизода – от нескольких минут до нескольких дней. У них также фиксируют последующую амнезию.

II группа – эпилептические психозы, подразделяемые на острые, затяжные и хронические. У больных эпилепсией, в отличие от других заболеваний, психозы протекают в виде различного по времени и остроте бреда (преследования, ревности, отравления, ипохондрии) и других психических изменений, но без видимого помрачения сознания.

Эпилептические психозы (как и эквиваленты) у больных чаще появляются на отдаленных стадиях заболевания эпилепсией, когда большие пароксизмально-судорожные приступы становятся реже и даже исчезают совсем.

III группа – специфические эпилептические изменения личности. Типичны личностные и интеллектуальные нарушения, постоянно сопровождающие больных и нарастающие по мере длительности течения эпилепсии. Это приводит к мнестическим расстройствам (потере памяти, уменьшению ее запасов, медлительности мыслительных процессов, перегруженности речи деталями, употреблению стереотипных оборотов и уменьшительных выражений и т.д.), личностным нарушениям (вплоть до появления психического дефекта и даже слабоумия) и противоречивым характерологическим сдвигам (с одной стороны, угодливость, льстивость, подобострастие, назойливость, педантизм, с другой – эгоцентризм, ханжество, повышенная самооценка и обидчивость, мелочность, склонность к покровительству и нравоучениям, правдоискательство, сутяжничество, озлобленность, придирчивость, конфликтность, жестокость). У больных констатируют и такие особенности, как непредсказуемость действий, задержка интеллектуального развития (близкая к олигофрении), диспластичность (нарушение пропорциональности телосложения, шестипалость, косоглазие, неловкость и замедленность движений, заикание и другие дефекты произношения).

На этом фоне судебно-психиатрическая оценка общественно опасных действий таких больных существенно затруднена.

Таким образом, давая судебно-психиатрическую оценку эпилепсии, ее симптоматике и возможным поступкам лиц, страдающих этим заболеванием, а также анализируя акты судебно-психиатрической экспертизы необходимо учитывать следующие положения:

- экспертиза во многом определяется глубиной имеющихся изменений личности больных эпилепсией;

- признаются невменяемыми больные эпилепсией за деяния, совершенные при судорожном или бессудорожном приступе, в состоянии психоза, сумеречного помрачения сознания, тяжелой дисфории, выраженной эпилептической деградации личности и слабоумии;

- признаются вменяемыми больные эпилепсией в отношении инкриминируемых правонарушений, совершенных в состоянии ремиссии, вне приступа, при отсутствии грубых расстройств психической деятельности;

- при затруднениях в решении вопроса уголовной ответственности за те или иные действия (поджоги, транспортные аварии) больных эпилепсией необходимо направлять на стационарную судебно-психиатрическую экспертизу для уточнения выраженности психических нарушений и их возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими;

- среди правонарушителей увеличивается число случаев симуляции эпилепсии здоровыми лицами и аггравации (преувеличения болезненных симптомов) эпилептических судорожных припадков больными эпилепсией.



Маниакально-депрессивный психоз

Маниакально?депрессивный психоз – эндогенное психическое заболевание с хроническим течением, протекающее в форме периодически чередующихся приступов маниакального (повышенного настроения, ускоренного мышления, двигательного возбуждения) и депрессивного (пониженного настроения, замедленного мышления, двигательной заторможенности) состояний. Протяженность этих фаз – от двух до шести месяцев, чаще всего они разделены интермиссиями (то есть такими состояниями, при которых исчезают психические расстройства и восстанавливается нормальная психическая деятельность с присущими для данной личности психологическими особенностями). Этим маниакально-депрессивный психоз отличается от других психических заболеваний, например шизофрении. Однако депрессивные фазы у него более продолжительные.

Именно отсутствие каких?либо характерологических сдвигов (даже после многих лет болезни) составляет наиболее важный критерий его диагностики. Со второй половины жизни приступы удлиняются и принимают затяжной характер (могут продолжаться даже нескольких лет).

При наличии маниакально-депрессивного психоза необходимо уточнить возможность тех или иных деяний в течение различных фаз. При маниакальном приступе для больных типичны повышенная психическая деятельность, переоценка своих возможностей и способностей, неоправданные оптимизм и альтруизм, хвастовство, иногда переходящее в бред величия, реформаторства, высокого социального происхождения. В этом состоянии им присуща непродуктивная (нецеленаправленная и неоправданная) занятость. Они находят для себя массу дел, которые сопровождаются дезорганизацией дома и на работе. Возникающие при этом нетерпимость и раздражительность подталкивают больных к непродуманным и даже хулиганским действиям. Во время этой фазы у них повышаются различные влечения, появляются склонность к алкогольным и сексуальным эксцессам, расточительству, стремление к общению с асоциальными личностями и т.д. Обычно эта фаза наступает в вечернее время.

При депрессивной фазе констатируют подавленное настроение, необоснованную тревогу, плохой сон, вялость, разбитость, неопределенные опасения, неуверенность, тягостные предчувствия, понижение психической деятельности, невозможность сосредоточиться, рассеянность, забывчивость, соматические нарушения, астению, урежение пульса, похудание, запоры и др. При этом снижается работоспособность, наступает двигательное торможение, появляется не объяснимая ничем тоска, а затем и бред (в виде самоуничижения, самообвинения). Утяжеление психической симптоматики происходит обычно в предрассветные часы и рано утром.

Однако варианты течения маниакально-депрессивного психоза очень разнообразны. Этот психоз может протекать в виде только приступа маний или только депрессий. В других случаях отмечают сдвоенные по клиническим проявлениям фазы (депрессивная внезапно без видимого перехода сменяется маниакальной или наоборот) и лишь после этого наступает интермиссия.

Но бывает и такой вариант, когда маниакальная фаза сменяется депрессивной без констатации периода интермиссии, и такие противоположные приступы сменяют друг друга без видимого светлого промежутка между ними.

Смешанный характер приступов маниакально-депрессивного психоза вызывает у судебных психиатров трудности в диагностике и оценке деяний больных. Но в основном преобладают депрессивные состояния, установление которых лучше производить в стационарных условиях.

Разновидностью маниакально-депрессивного психоза является циклотимия, для которой характерны более смягченные приступы (фазы) заболевания. Особенностью является то, что указанные выше фазы сопровождают соматические нарушения.

Давая судебно-психиатрическую оценку того или иного инкриминируемого деяния, следует иметь в виду, что решение проблемы вменяемости-невменяемости при маниакально-депрессивном психозе зависит от глубины определяющих данный приступ психопатологических расстройств. Судебно-психиатрическая практика показывает, что для больных маниакально-депрессивным психозом характерно:

- в маниакальной фазе – особая склонность к возбуждению, нарушению общественной нравственности и социального поведения (растраты, незаконные сделки, сексуальные эксцессы, обострение влечений, альтруизм);

- в депрессивной фазе – преобладание торможения, повышенная болезненная возможность самооговоров и оговоров, склонность к агрессии, нанесению вреда своему здоровью, самоповреждениям и самоубийствам и совершению тяжелых, социально значимых криминальных деяний.

При установлении маниакально-депрессивного психоза для судебно-психиатрической экспертизы очень важен анализ материалов уголовного (гражданского) дела и всех других сведений о психическом состоянии подэкспертного в момент деликта. Больные маниакально-депрессивным психозом признаются невменяемыми (недееспособными) при совершении деяний в состоянии психоза (острого периода заболевания), а вменяемыми – при совершении правонарушения в период интермиссии.



Травматические поражения головного мозга

В судебно-психиатрической практике последствия травматического поражения головного мозга (в виде сформированного психоорганического синдрома) встречаются чаще других психических заболеваний в основном из?за возросшего агрессивного поведения части населения (нередко под влиянием злоупотребления алкоголем), заметного увеличения числа молодых людей, участвующих в военных действиях, занимающихся регулярно боксом, кикбоксингом, каратэ, а также из-за роста преступности в стране.

Последствия травматической болезни головного мозга – одна из самых сложных и до конца не решенных проблем медицины, и в частности психиатрии. Ведь симптомы черепно-мозговой травмы представлены при одной и той же мозговой травме различными эмоционально?волевыми и интеллектуально?мнестическими расстройствами, вызванными необратимыми изменениями в одинаково пораженных травмой и внутричерепными кровоизлияниями участках головного мозга, нарушением циркуляции спинномозговой жидкости.

Почти все лица, страдающие посттравматическим поражением головного мозга, испытывают затруднения в адаптации и взаимоотношениях в семье, коллективе, обществе. Необходимо признать, что во многом болезненные нарушения психики зависят от условий существования и жизнедеятельности таких лиц на бытовом и социальном уровнях. В то же время следует помнить, что перенесенные травматические поражения головного мозга не всегда и не у всех протекают с клинически выраженными психическими нарушениями. Эксперты?психиатры считают, что только при глубоких нарушениях, носящих стойкий характер, можно говорить о последствиях черепно?мозговой травмы с психическими расстройствами.

Симптоматология в посттравматическом периоде определяется большим полиморфизмом и состоит из общемозговых и локальных неврологических, а также психических нарушений. Но несмотря на различные виды черепно-мозговых травм, динамика психических расстройств отличается известным единообразием и тенденцией к постепенному их регрессу, что позволило выделить три основных этапа в посттравматическом периоде:

- начальный, следующий непосредственно за травмой и характеризующийся различной степенью утраты сознания (в легких случаях – непродолжительной, в тяжелых – вплоть до комы), оглушенностью;

- острый, сопровождающийся восстановлением сознания и возникновением разнообразных нервно-психических расстройств; в этот период наблюдаются различные формы потери памяти, то есть амнезия (ретроградная, антероградная), выраженная астения с нарушениями сна, вестибулярные и вазовегетативные нарушения (головокружение, тошнота, лабильный пульс, артериальное давление, потливость);

- отдаленные последствия с полной редукцией (обратным развитием) имевшей место нервно-психопатологической симптоматики или формирование резидуальных психоорганических и неврологических синдромов (то есть возможна апраксия и другие расстройства).

Большая часть посттравматических психозов развивается в первые полторы недели острого периода. Психические нарушения при черепно-мозговых травмах в это время отличаются полиморфизмом и тесно связаны с различными нарушениями сознания и сна.

Наиболее часто возникают сумеречные состояния в вечерние часы. Они проявляются в виде амбулаторных автоматизмов, психомоторного возбуждения с галлюцинаторно-бредовыми расстройствами и агрессивностью, а также в виде состояний сонливости с обездвиженностью.

Довольно часты делириозные состояния, которые развиваются на фоне астенических расстройств или при наличии интоксикации. Делирий сопровождается аффективной напряженностью, тревогой, страхом. Действия больных соответствуют психопатологическим переживаниям, отмечаются даже зрительные галлюцинации, и они носят защитный или агрессивный характер.

В отдаленном периоде черепно-мозговой травмы психопатологические и другие болезненные нарушения подвергаются нередко трансформации в психоорганический синдром различной степени выраженности. В нем преобладают: аффекты, нарушение памяти, ослабление восприятия. В его симптоматике характерны неустойчивый фон настроения, возбудимость, вспыльчивость, несдержанность, напряженность, быстрая истощаемость, слабая концентрация внимания, ухудшение памяти на прошлые и текущие события, забывчивость, сужение круга интересов, обеднение интеллектуальной жизни. Кроме того, в клинической картине последствий черепно-мозговых травм часты нейровегетативные расстройства, деформация личности, изменение ценностных ориентаций и способности правильно понимать общественное значение своих действий.

Хотя при черепно-мозговых травмах структура личности может и не разрушается, но многие исследователи констатируют у таких лиц органические изменения головного мозга и расстройства психики. Это прежде всего вспыльчивость, преобладание негативных эмоций, взвинченность, истероидность, повышенная чувствительность, обидчивость, конфликтность и другие психопатоподобные расстройства. Эти нарушения постепенно могут привести к посттравматическому патологическому развитию личности. Но наиболее криминогенным является паранойяльное развитие (сверхценные идеи, бред ревности, преследования, сутяжничество, ипохондрия). Течение таких состояний отличается периодами ухудшения и улучшения.

В отдаленном периоде черепно-мозговой травмы у таких лиц возможны: посттравматическая энцефалопатия (с интеллектуально-мнестическими расстройствами), психопатоподобные расстройства (довольно характерные для таких состояний), посттравматическая эпилепсия (в виде эпилептиформных судорожных и бессудорожных припадков), травматическое слабоумие.

Таким образом, судебно-психиатрическая оценка поведения лиц с посттравматическими поражениями головного мозга определяется остротой и тяжестью констатируемых психических расстройств. Значительная часть из них экспертами признается вменяемыми за инкриминируемые правонарушения. В то же время нарастание в динамике посттравматических изменений (вплоть до травматического слабоумия) позволяет прийти к выводу о признании таких подэкспертных невменяемыми за совершенные общественно опасные деяния.

Лица с последствием черепно?мозговой травмы и паранойяльным (психопатологическим) развитием личности или галлюцина­торно?бредовыми психозами, тяжелыми дисфорическими нарушениями, а также страдающие эпилептиформными припадками и травматической деменцией, как и при декомпенсации травматической болезни, признаются невменяемыми за совершенное деяние.



Сифилитические заболевания центральной нервной системы

Нейросифилис – специфическое заболевание центральной нервной системы, сравнительно редко встречаемое в практике общей психиатрии, но часто при судебно-психиатрических исследованиях. Основной причиной этого заболевания эксперты?психиатры считают перенесенный в прошлом и плохо леченный (или не леченный никогда) сифилис. При этом психопатологические проявления обусловлены проникновением в головной мозг возбудителя заболевания – бледной трепонемы и соответствующим поражением паренхимы, нервных клеток и сосудов мозга, воспалением мозговых оболочек либо появлением специфической опухоли (гуммы). По степени деструктивных изменений центральной нервной системы, соматоневрологических и психопатоло­гических осложнений психические расстройства при нейросифилисе подразделяются на сифилис головного мозга и прогрессивный паралич.

При сифилисе головного мозга его поражение носит очаговый характер, хотя констатация и клинические проявления психических расстройств во многом зависят от целенаправленной и своевременной диагностики, характера сифилитических поражений, интенсивности лечения и возраста больного. Формы заболевания, которые выделяют при их прогрессировании по ведущим симптомам: неврастеническая, менингиальная, гуммозная и др. Для них характерны: нарастание головной боли, раздражительность, психическая истощаемость, нарушение сна, вялость, апатия, депрессия, ослабление памяти, появление оглушенности, заострение личностных особенностей, а позднее – эпилептиформные расстройства (например, судороги), начальные признаки деградации психики (слабоумие) и другие заметные для окружающих нарушения.

Лица с данной формой заболевания, как правило, выявляются случайно (при сплошном обследовании спецконтингента в следственном изоляторе) или на обычном врачебном приеме при жалобах на неврастенические расстройства, или в связи с незначительным “изменением” личности. При судебно-психиатрической экспертизе лица с подобными нарушениями, как правило, признаются вменяемыми за инкриминируемые им деяния.

Определенные трудности у экспертов?психиатров возникают при сочетании нейросифилиса с хроническим алкоголизмом. Между тем констатация у таких лиц грубых нарушений интеллекта и даже начальных форм слабоумия, а также выявление психотических состояний в момент общественно опасного деяния требуют признания их невменяемыми.

Прогрессивный паралич обычно диагностируют при нелеченном сифилисе, через 10–12 лет после заражения. При этом происходит довольно обширное поражение не только головного мозга, но и организма в целом. Отмечается склонность к прогрессирующему течению. Появляются характерные признаки поражения внутренних органов (хрупкость костей и т.п.), нервной системы (нарушение реакции глаз, речи, сухожильных рефлексов), крови и спинномозговой жидкости. В психической сфере к вышеуказанным при сифилисе мозга симптомам присоединяются неправильное поведение, несоответствующая обстоятельствам эйфория, легкомысленное ко всему отношение, расторможенность влечений (сексуального, пищевого), цинизм, особая нелепость в высказываниях и действиях, утрата критики, нарастающее слабоумие, непостоянные бредовые идеи депрессивного характера, двигательные нарушения.

Наряду с субъективной психопатологической симптоматикой объективными признаками заболевания являются данные лабораторной диагностики (анализы крови и спинномозговой жидкости). Своевременное лечение приводит таких больных к благоприятному социальному прогнозу, так как длительное время сохраняются интеллект, возможность руководить своими действиями и осознавать их.

При судебно-психиатрическом исследовании диагноз «сифилис головного мозга» при клинической компенсации заболевания говорит о вменяемости лиц при совершении ими правонарушения. Однако установление даже начальной стадии прогрессивного паралича ведет к признанию подэкспертного невменяемым.



Сосудистые заболевания головного мозга

Судебно-психиатрическое исследование психических нарушений при сосудистых поражениях головного мозга проводится в основном у лиц с мозговым атеросклерозом и довольно часто сопутствующей ему гипертонической болезнью. Рассмотрим их клинику и те или иные деяния, совершаемые больными с мозговым атеросклерозом сосудов головного мозга и гипертонической болезнью.

Мозговой атеросклероз – хронически протекающее общее заболевание организма человека, но с преимущественным склеротическим поражением артерий головного мозга. Его возникновению способствуют неблагоприятная наследственность, неоднократные черепно?мозговые травмы, острые и хронические психотравмирующие воздействия, хронические интоксикации (алкоголем, наркотиками), инфекционные заболевания.

В клинике мозгового атеросклероза при психопатологических нарушениях преобладает неврастенический синдром. Отмечается постепенное усиление психоорганических нарушений, которые становятся заметными для окружающих и сопровождаются уменьшением активности психической деятельности с преобладанием интеллектуально?мнестических расстройств (в виде нарушений памяти, внимания и др.), заострением личностных особенностей, снижением работоспособности, нарастанием эмоциональных изменений (раздражительности, слабодушия и др.), эгоистичностью, сужением круга интересов. У таких лиц умственная способность приобретает ригидный характер (настойчивость, переходящая в патологическое упрямство), мышление теряет легкость и гибкость.

В то же время у лиц с церебральным атеросклерозом основные морально?этические и социальные установки сохраняются длительное время, они больше склонны к возникновению психогенно обусловленных реактивных состояний. В основном они вменяемы за деяния, которые совершили. И лишь при злокачественном тотальном развитии мозгового атеросклероза, обширных кровоизлияниях в мозг или других болезненных процессах в сочетании с черепно?мозговыми травмами и различными интоксикациями, приводящими к прогрессирующему слабоумию, снижению критики, сумеречным расстройствам сознания, бредовым синдромам (ревности, ущерба, реформаторства и др.), психомоторному возбуждению и даже безмотивной агрессии, судебные психиатры настаивают на признании таких больных невменяемыми за совершенные общественно опасные деяния.

Возникновение и течение гипертонической болезни в основном обусловлены нервно?функциональными нарушениями регуляции сосудистого тонуса и тем прогрессирующим атеросклерозом сосудов головного мозга, который довольно часто сопровождает это заболевание. Клинические проявления психических изменений при этой болезни находятся в определенной зависимости от деструктивных поражений, их локализации (в головном мозгу) и стадии болезненного процесса.

Для юристов наибольший интерес при рассмотрении криминальных деяний представляют лица с мозговой формой гипертонической болезни. Ее возникновению и прогрессированию способствуют прежде всего острые и хронические психотравмирующие воздействия и атеросклеротические изменения. Уже на первой стадии гипертонической болезни врачи диагностируют нестойкие психические изменения, соответствующие неврозоподобному синдрому (головная боль, снижение памяти), к которым присоединяются навязчивые сомнения и т.д.

Во второй и особенно в третьей стадиях (наряду с соматическими и неврологическими нарушениями) у больных констатируют появление психопатологических расстройств: реактивных состояний с преобладанием аффективных нарушений; гипертонических кризов с нарушением сознания (по типу сумеречных, делириозных, аментивных расстройств) или оглушенностью. При прогрессировании гипертонической болезни и ее осложнениях (инсультах и постинсультных состояниях) параллельно идет нарастание психоорганических расстройств и психопатологических изменений в форме заострения личностных особенностей, грубых нарушений памяти, снижения уровня суждений и критических способностей, появления благодушно?эйфорического настроения и деменции (слабоумия).

При интерпретации актов судебно-психиатрической экспертизы юристам необходимо знать, что на начальной стадии гипертонической болезни у больных сохраняется критика к совершенным действиям и они вменяемы. Трудности представляет судебно-психиатрическая экспертиза больных со второй стадией гипертонической болезни, особенно при реактивных состояниях. Эти больные с явлениями слабоумия или сосудистого психоза признаются невменяемыми в инкриминируемых деяниях.

Особого внимания при определении дееспособности требуют больные с третьей стадией гипертонической болезни и ее осложнениями. Их признают недееспособными при острых нарушениях мозгового кровообращения (расстройствах сознания, памяти, речи), хронических постинсультных состояниях (с выраженным слабоумием).

Таким образом, судебно-психиатрическая экспертиза лиц, страдающих сосудистыми заболеваниями, требует индивидуальной оценки имеющейся у них психопатологической симптоматики. Они признаются невменяемыми во всех случаях, когда диагностированы органические нарушения мозгового кровообращения или их последствия (постинсультные состояния и другие), при прогрессирующих дементных состояниях и проявлении психотических нарушений (бред, галлюцинации).



Психозы позднего возраста

В последние годы возросло число правонарушений и общественно опасных деяний, совершаемых пожилыми людьми и лицами старческого возраста. Это связано с увеличением продолжительности жизни и соответствующими этому закономерными гормональными нарушениями и патоморфологическими возрастными (инволюционными) процессами, протекающими в той или иной степени у каждого человека старше 60 лет. При этом в практике судебной психиатрии значительно чаще у пожилых людей встречаются пограничные психические расстройства и психотические нарушения (психозы).

Пограничные психические расстройства определяются клиническими проявлениями неврозоподобного синдрома. Кроме того, у таких лиц часто отмечаются сосредоточенность на неприятных ощущениях, подавленность настроения, тревожность, раздражительность, преувеличенное внимание к своему здоровью, аффективная неустойчивость, сужение круга интересов, заострение личностных особенностей и др. Эти изменения чаще констатируют у тех пожилых людей, у которых они сочетаются с соматоневрологическими заболеваниями. В основном эта группа лиц законопослушна, вменяема за инкриминируемые деяния и дееспособна.

Психотические (инволюционные) нарушения возникают при неблагоприятном течении склеротического процесса у лиц пожилого и старческого возраста в виде предстарческих (пресенильных) и старческих (сенильных) расстройств (неправильная оценка и восприятие окружающего, нарушение критики, интеллектуально-мнестические особенности), которые часто связаны с определенными хронически протекающими монотонными психотравмирующими обстоятельствами и острыми реальными ситуациями, социально значимыми для таких лиц. Они очень редко появляются спонтанно, как естественный, биологически обусловленный гормональный процесс возрастной перестройки организма.

Предстарческие психозы возникают чаще у лиц в возрасте 60–65 лет и сопровождаются депрессией, тревогой, тоской, суетливостью, страхом, подозрительностью, ипохондрией, устрашающими галлюцинациями, бредом, двигательным и речевым возбуждением. По особенностям болезненных проявлений психиатры выделяют следующие формы предстарческих психозов: инволюционную меланхолию, инволюционный параноид, инволюционную истерию, инволюционную деменцию. Клиническое их своеобразие определяет поведенческие реакции пожилых людей, страдающих этими заболеваниями.

Инволюционная меланхолия – меланхолия пресенильная (болезнь Крепелина) наиболее распространена. В ее клинических проявлениях преобладают эмоциональные нарушения, чаще в виде тревожной депрессии и ипохондрических переживаний, двигательной заторможенности или, наоборот, возбуждения с аффектом тревоги, страха и беспокойства, вплоть до бредовых идей виновности и преследования.

Инволюционный параноид – более тяжелое психическое состояние, в котором уже эпизодически диагностируют бред ревности, преследования, ущерба на фоне тревоги и тоски. Некоторые психиатры отмечают, что в этом состоянии довольно часто наблюдается присоединение к психогеннотравмирующей ситуации слуховых и тактильных галлюцинаций, отражающих патологическую интерпретацию реальных событий.

Инволюционная истерия характеризуется аффективной неустойчивостью и лабильностью с констатацией у больных бурных эмоциональных реакций по незначительным поводам и даже так называемых истерических стигм (спазмов в горле, функциональных припадков, истерических парезов) и вегетативных нарушений (покраснение, побледнение, заикание).

Инволюционная деменция развивается вследствие деструктивных атрофических процессов в головном мозгу в виде “очагов размягчения в коре”. Они характеризуются прогрессированием локальных психопатологических нарушений, постепенным их расширением, прогредиентностью и необратимостью течения и нарастанием слабоумия.

Протекают предстарческие психозы со стойкими психопатологическими проявлениями, начало их обусловлено психогенными причинами. В то же время судебные психиатры не всегда констатируют распад основных психических свойств личности. И лишь присоединение прогрессирующего атеросклеротического процесса в головном мозгу приводит к появлению вначале заострения личностных особенностей и патологических изменений черт характера, затем пресенильной деменции, а позднее и к сенильным психозам.

Старческий психоз протекает на фоне патологического постарения организма и возникает уже с 70-летнего возраста. При этом у таких лиц отмечают затруднение процессов восприятия, опустошение запасов памяти, нарушение мышления, наивность суждений, суетливость, эгоистичность, бессонницу и даже бред ущерба и виновности, не так уж редко и слабоумие. Психиатры по остроте психопатологических проявлений диагностируют: старческое (сенильное) слабоумие с сохранением привычных форм поведения, но необратимыми интеллектуальными расстройствами, провалами памяти в отношении текущих событий (то есть амнезия фиксационная) и сохранением памяти на давно прошедшие эпизоды и ситуации, прогрессирующей амнезией, конфабуляциями, расторможенностью инстинктов; собственно старческие психозы (чаще при ухудшении соматического состояния), с бредом и галлюцинациями, связанными с конкретной ситуацией и обстановкой, а иногда и с реальными фактами.

Поэтому оценивая результаты судебно-психиатрических исследований лиц с предстарческим или старческим психозом, юристу всегда нужно учитывать в их деяниях ряд обстоятельств, связанных с возрастом и степенью развития инволюционных процессов. Так, больные с инволюционной меланхолией чаще других совершают самоубийства и даже убийства близких во избежание своей и их предполагаемой мучительной смерти; лица, страдающие инволюционным слабоумием, забыв выключить газ или электроплиту, могут вызвать пожар; при старческих психозах возможны реализация бреда (преследования, ущерба, виновности, ревности) и попытки убийства мнимого врага, преследователя, соперника и т.д. Поэтому диагностика пресенильного и сенильного психозов (как в форме слабоумия, так и депрессивных, галлюцинаторных, параноидных переживаний) является основанием для признания таких испытуемых невменяемыми.

У пожилых и особенно у лиц старческого возраста часто возникает необходимость проведения судебно-психиатрической экспертизы в гражданском процессе (в связи с совершением сделок, составлением завещаний, актами дарения). Вместе с тем само по себе психическое (соматическое) признание старческой дряхлости не исключает дееспособности (если при этом нет слабоумия и продуктивной психопатологической симптоматики).



Алкоголизм, наркомания и токсикомания

В группе психических нарушений, возникающих при употреблении психоактивных веществ (то есть таких, которые даже при однократном приеме вызывают желаемые для потребителя эйфорию, возбуждение, активность и другие психоэмоциональные состояния, а при злоупотреблении ими – психическую и физическую зависимость), особо выделяют хронический алкоголизм, наркоманию, токсикоманию. Это прежде всего связано с тем, что психические изменения, вызванные этими заболеваниями, заметно нарушают социальную стабилизацию общества. Доля испытуемых, совершивших противоправные действия в состоянии опьянения и проходящих в связи с “неправильным поведением” судебно-психиатрическую экспертизу достигает одной трети. Наиболее криминогенным является асоциальное поведение при простом и патологическом алкогольном опьянении, запущенных формах хронического алкоголизма, алкогольных и наркоманийных психозах.

Алкоголизм, наркомания и токсикомания – это прогрессирующие хронические психические заболевания непсихотической этиологии, искусственно вызываемые и имеющие широкое распространение. При этих заболеваниях у лиц постепенно появляется психическая зависимость от психоактивных веществ, к которой присоединяется физическая зависимость, затем и патологическое влечение к их приему и изменение реактивности организма, а при отсутствии возможности повторного приема данных веществ – тяжело переносимое абстинентное состояние (синдром “похмелья”).

У больных постепенно формируются вегетососудистые, соматоневрологические и психопатологические нарушения, специфические изменения личности и соответствующие им поведенческие реакции. Среди последних преобладают стремление достать и принять алкоголь (наркотики) или другие вещества, игнорирование моральных и материальных интересов семьи и нравственно-этических ограничений общества. В конечном итоге у таких лиц наблюдаются нарастание социально-трудовой дезадаптации, что в значительной мере способствовует росту правонарушений и их тяжести. На отдаленных этапах по мере прогрессирования алкоголизма, наркомании и токсикомании психиатры констатируют у данной группы больных (как результат длительного и хронического интоксикационного воздействия на организм этанола, наркотиков и токсических веществ) органическое поражение головного мозга и вследствие этого нарастающее слабоумие.

Алкоголизм. Наибольшие трудности представляет установление диагноза простого или патологического опьянения, которое определяется в основном по клиническим проявлениям, в то время как лабораторные исследования имеют лишь вспомогательное значение.

В основе простого опьянения лежат определенные психические и соматоневрологические расстройства, возникающие вследствие приема даже небольшой дозы алкоголя. Алкоголь избирательно угнетает прежде всего центральную нервную систему, нарушает нормальное течение физиологических процессов торможения и возбуждения, определяя этим поведение человека. При этом степень опьянения зависит не столько от количества принятого алкоголя, сколько от состояния организма, функциональных возможностей головного мозга, привыкания к спиртосодержащим напиткам, способа его введения в организм и ряда других причин.

Простое алкогольное опьянение имеет определенную психическую, неврологическую и соматическую динамику, по клиническим особенностям которой судебные психиатры дают медицинское заключение.

Простое опьянение часто встречается в судебно-психиатрической экспертной практике, и решение вопроса о вменяемости не вызывает затруднений, так как у таких лиц длительное время сохраняются контакты с внешними раздражителями, способность критически воспринимать ситуацию, осознавать характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. У них не развиваются психотические состояния (в виде сумеречного помрачения сознания, бреда, галлюцинаций) и поэтому они подлежат уголовной ответственности (ст. 23 УК РФ).

Патологическое опьянение возникает лишь в отдельных случаях у лиц, как правило, не пьющих регулярно алкоголь, в прошлом перенесших травмы или заболевания головного мозга и считающихся психически здоровыми лицами, в условиях эмоционального напряжения, переутомления, хронического недосыпания, неуверенности, боязливости. В его основе лежат довольно сложные психофизиологические механизмы, в том числе и на интромолекулярном уровне. Это качественно иное болезненное состояние психики, чем при простом алкогольном опьянении, требующее другого (помимо медицинского и правового) подхода. Данный вид опьянения возможен буквально через несколько минут после приема алкоголя и протекает обычно вне зависимости от принятой дозы. Судебные психиатры в своих ретроспективных исследованиях, как правило, устанавливают, что опьяневший через некоторое время после приема алкоголя неожиданно для окружающих стал тревожным, растерянным, отрешенным, недоступным каким?либо контактам. Движения и поза приобрели защитный характер вследствие того, что действительность стала внушать им безотчетный ужас.

В результате острой алкогольной интоксикации у такого лица наступает кратковременно протекающее психотическое расстройство с глубоким сумеречным помрачением сознания, бредовыми и галлюцинаторными переживаниями и вытекающим из этого неадекватным поведением, во многом зависящим от характерологических особенностей индивида. Но двигательное возбуждение обычно внезапно (через несколько минут) заканчивается, переходит в состояние физической слабости, а затем и в сон с последующей амнезией происходящих событий.

При судебно-психиатрической экспертизе врачи, анализируя патологическое опьянение, диагностируют его как быстро протекающее психотическое расстройство в виде психоза и признают таких подэкспертных невменяемыми за совершенное деяние.

В социальном плане хронический алкоголизм рассматривается как неумеренное употребление спиртных напитков, приводящее к нарушениям норм поведения в быту и обществе, приносящее заметный ущерб здоровью, морально-нравственному и материальному благосостоянию семьи. В медицинском плане алкоголизм – болезнь, которая приводит к патологическим изменениям внутренних органов (печени, сердца, поджелудочной железы), нервной системы и избирательно головного мозга. На психическую сферу алкоголь оказывает релаксирующее (расслабляющее, снимающее напряжение), эйфоризирующее и отчасти седативное (успокаивающее) действие. Потребность в таком эффекте больше свойственна лицам, плохо адаптированным, с невротическими и психопатологическими характерологическими особенностями. При этом имеют значение микросреда, воспитание, традиции, психическое и физическое перенапряжение, психотравмирующие ситуации. Причинами алкоголизма также являются (условно) наследственность, разнообразные метаболические (обменные) нарушения внутренних органов, некоторые физиологические расстройства, прежде всего вегетативной нервной системы. В его развитии отмечают три последовательные стадии:

– начальная (компенсированная) с неврастенической симптоматикой и психической зависимостью от алкоголя;

– средняя (субкомпенсированная) с присоединением к функциональным изменениям органических симптомов, появлением физической зависимости от алкоголя, абстинентного (похмельного) синдрома (при этом уже возможны алкогольные психозы);

– тяжелая (декомпенсированная) с необратимыми соматоневрологическими нарушениями (слабоумие и распад личности), явлениями психической и социальной деградации, появлением хронических галлюцинаций и других психопатологических расстройств.

При анализе актов судебно-психиатрических экспертиз больных алкоголизмом юристам необходимо обратить внимание на то, что в основе совершенных ими правонарушений лежит активизация инстинктивных механизмов (примитивизм в их реализации), повышенная подозрительность (приобретающая болезненный характер), заострение личностных особенностей (прямолинейность, правдоискательство), появление ряда новых, до алкоголизма несвойственных им черт (лживость, цинизм, жестокость и др.), которые заметно влияют на умысел и характер совершения действий (часто агрессивных, бессмысленных и непредсказуемых).

Судебно-психиатрическая оценка больных хроническим алкоголизмом несложна. Ввиду того что само заболевание (алкоголизм) не лишает их способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими, эти лица признаются вменяемыми за совершенные правонарушения (ч. 1 ст. 97 УК РФ и ч. 2 ст. 99 УК РФ). Исключения представляют те случаи, когда алкоголизм сочетается с тяжелым атеросклерозом сосудов головного мозга или возрастными инволюционными изменениями, принявшими характер выраженного слабоумия (деменции).

Алкогольные психозы являются осложнениями хронического алкоголизма. Их могут спровоцировать: различные психогении (в том числе и криминогенная ситуация, арест, следствие, содержание в следственном изоляторе и т.д.); вынужденное воздержание от привычного и регулярного приема спиртосодержащих напитков; в более редких случаях – массивная алкогольная интоксикация на пике запоя. Наиболее часто в юридической практике встречаются (в зависимости от преобладающих симптомов) следующие остропротекающие алкогольные психозы: делирий (белая горячка), острый галлюциноз и параноид. Поведение таких больных во время психозов обусловлено спутанностью сознания и адекватно галлюцинаторно?бредовым переживаниям, которые определяют характер их двигательной активности и могут вызвать опасения за жизнь больного и окружающих. В таком состоянии осознание фактического характера и общественной опасности своих действий и возможности руководить ими (то есть критика и воля) у них отсутствует. Поэтому лица, перенесшие алкогольные психозы в период инкриминируемых деяний, признаются невменяемыми.

В судебно?следственной практике встречаются правонарушители и с таким вариантом алкогольной болезни, как истинный запой (дипсомания). Это приступообразно возникающее болезненное и непреодолимое влечение к алкоголю и его суррогатам, к которому могут присоединиться тоска, параноидная настроенность, обонятельные галлюцинации и другие психопатологические симптомы, приводящие к агрессии.

При судебно-психиатрическом анализе дипсомании нужно учитывать возможность острой атаки врожденной биологической зависимости (недостаточности) к эндогенному этанолу (производимому организмом) и признания таких больных во время приступа невменяемыми, а вне запоя – вменяемыми за совершенные деяния.

Наркомания. Это группа заболеваний, объединенных болезненным привыканием (пристрастием), как правило, к немедицинскому приему наркотических средств, которые отнесены Министерством здравоохранения РФ к списку наркотических веществ. В России наибольшее распространение получили морфин, омнопон, кодеин, соломка мака, конопля, синтетические заменители (промедол, фентанил, ЛСД), стимуляторы (первентин, кофеин). Они оказывают специфическое воздействие (стимулирующее, эйфоризирующее, седативное, галлюцинаторное и т.д.) на центральную нервную систему. Лекарственные и другие химические вещества, не включенные в этот список (в том числе и “народные средства”), относят к токсическим, а вызываемые ими заболевания называются токсикоманиями; несмотря на то что они обладают рядом наркотических свойств, социальная опасность их злоупотребления не столь высока. Это деление довольно условно и носит в основном правовой характер.

Наркомания – общее название группы болезней, проявляющихся патологическим, непреодолимым влечением к постоянному приему в возрастающих дозах наркотических средств и веществ вследствие стойкой психической и физической зависимости от них с развитием абстиненции при прекращении их приема.

Наркомания характеризуется неблагоприятными психическими, соматическими и социальными последствиями. Особенно это проявляется в период вынужденного воздержания от привычного приема наркотиков. У наркоманов выявляется психическая и физическая зависимость от наркотиков, стремление увеличить дозу (повысить толерантность) для получения еще большей эйфории, благодушия, хорошего настроения, прилива сил, легкости, отрешенности от окружающего мира и возникающих проблем. Отсюда болезненная потребность в повторном приеме наркотиков и активные действия, направленные на их приобретение. Все это приводит к заострению черт личности, соматоневрологическим и психическим расстройствам, а затем и к психической, биологической и социальной деградации. Нередко психиатры диагностируют у наркоманов психотические состояния с сумеречным помрачением сознания, бредом, галлюцинациями и другими проявлениями нарушений психики.

Психиатрами также установлено, что наркотики вызывают заметные изменения в устной речи. При их приеме и острой интоксикации и соответственно приятном возбуждении и эйфории наблюдаются склонность к быстрой речи, употребление жаргонных выражений, маниакальное усиление дефектов в произношении, плоский юмор, цинизм, шутовство и др. При абстинентных явлениях (во время вынужденного воздержания от привычных доз) и соответственно подавленности отмечаются замедление темпа речи, злобная реакция на замечания (неадекватная по форме и интенсивности), “тяжелая речь”.

Другим немаловажным диагностическим критерием являются дефекты письменной и устной речи у наркоманов. Криминалисты-эксперты отмечают, что их почерк отличается вполне определенными изменениями, состоящими из общих и частных признаков. Так, при действии наркотиков – ощущений «благодушия и эйфории» – заметно улучшается почерк, когда же действие препарата прекращается (наступают абстинентные изменения), он «портится», становится неровным, «нервным», резким, с большим количеством повреждений целости бумаги, помарок, клякс и т.д. В то же время расстройство (изменение) почерка под влиянием наркотических средств зависит также от типа высшей нервной деятельности и психического состояния человека, от предварительного приема снотворных и “успокаивающих” лекарственных препаратов. Как установлено, последние расслабляют психомоторные и мышечные анализаторы и оказывают этим определенное влияние на качественные и количественные признаки почерка.

Основным объективным методом определения наркотических веществ и их алколоидов (как и алкоголя, и других “сильнодействующих” веществ) являются хроматографический и спектральный анализы, а также радиоиммунохимический метод. В наркологических учреждениях органов здравоохранения для определения наркотиков в сухом виде применяют экспресс?метод. Кроме того, для диагностики наркотической интоксикации у людей, подозреваемых в приеме наркотиков или токсических веществ, в этих учреждениях используют новые импортные и отечественные приборы, с помощью которых определяют наличие наркотических средств в крови и моче обследуемых. В связи с этим распознавание наркоманов с использованием указанных выше критериев (по внешнему виду, изменениям устной и письменной речи, клиническим данным, результатам лабораторных исследований) важно для совершенствования оперативно?розыскной деятельности, разработки следственных версий, построения обвинения или защиты в суде. Констатируемые сотрудниками следствия, прокуратуры, суда и адвокатуры (в процессе личного контакта или наблюдения) болезненные признаки наркомании следует рассматривать как субъективные, имеющие вспомогательное значение, так как для постановки диагноза наркомании необходимо обследование только у психиатра или психиатра?нарколога. Диагностика клинических симптомов в процессе динамического течения (а не в статике) психического заболевания непсихотической этиологии (каким и является наркомания) относится к объективным исследованиям и признается судами как вид доказательства.

При анализе судебно-психиатрических заключений лиц, совершивших преступления в состоянии опьянения наркотическими средствами, в соответствии со ст. 23 УК РФ, как правило, признают вменяемыми. Случаи правонарушений, связанные непосредственно с острой интоксикацией наркотиками, встречаются крайне редко (из?за тяжелого соматического и психического состояния наркоманов и их беспомощности в это время).

Только деяния, совершенные ими в психотических состояниях (сумеречном помрачении сознания, бреду и галлюцинациях) или при глубоких изменениях личности (деградации) и выраженном слабоумии, заставляют экспертов?психиатров признавать их невменяемыми и направлять в обязательном порядке на принудительное лечение в психиатрические стационары.

Лица, страдающие алкоголизмом и наркоманией, осложняют заключение брачно?семейных, жилищных и имущественных сделок. В гражданском процессе экспертиза их дееспособности представляет определенные трудности. Поэтому гражданское законодательство допускает возможность ограничения их дееспособности (ст. 30 ГК РФ) и установления попечительства. Суд, вынося определение об этом, все вопросы решает индивидуально с учетом поведения этих лиц, данных, представляемых психиатрами-наркологами и о их психическом состоянии, степени деградации, и возможности медико?социальной реабилитации.

Токсикомания. Эта проблема также имеет большое социальное значение, так как в настоящее время уже почти половина городских жителей более или менее систематически принимает медикаментозные и “народные” средства, особенно транквилизаторы (седуксен, элениум, тазепам и др.), стимуляторы (кофеин, пиркофен, цитрамон и др.) и снотворные (нембутал, барбамил, берлидорм, люминал). Все эти препараты в конечном счете вызывают привыкание, требуют увеличения дозы примерно каждые четыре недели в зависимости от физиологических и биохимических особенностей организма для получения прежнего эффекта, расшатывают нервную систему и отрицательно влияют на психическую деятельность человека.

Только при злоупотреблении этими препаратами, когда наступает психическая и физическая зависимость от них, можно говорить о токсикомании как о заболевании и давать судебно-психиатрическую оценку деяниям таких лиц. Как правило, токсикоманы, совершившие преступления в состоянии опьянения одурманивающими веществами, в соответствии со ст. 23 УК РФ, вменяемы, за исключением тех случаев, когда у них устанавливают (очень редко) психотические изменения (бред, галлюцинации и т.д.), наступившие при злоупотреблении (отравлении) лекарственными и “народными” средствами.



Олигофрения

Олигофрения (малоумие, умственная неполноценность) – это группа патологических состояний, аномалий развития с врожденным или рано приобретенным в детском возрасте нарушением мыслительной и познавательной деятельности, преимущественно в виде недостаточности, сочетающейся с аффективно-волевыми расстройствами. Для нее характерны такие общие клинические признаки, как нарушение восприятия, внимания, памяти, мышления, расстройства моторики, речи, эмоционально-волевой сферы.

При олигофрении как биологической патологии на первое место становятся умственная отсталость и первоначальное недоразвитие интеллекта. И они стабильны, и само заболевание в отличие от других не имеет своего развития и динамики течения патологического процесса. То есть психический дефект – слабоумие остается таким, каким оно было с детства, на всю жизнь без изменений, не имея ни положительной, ни отрицательной динамики.

Причины возникновения олигофрении – патологическая наследственность, асоциальная отягощенность жизнесуществования родителей (особенно при зачатии), неполноценное (несбалансированное) питание матери и ребенка, интоксикация плода алкоголем, наркотиками, никотином или их суррогатами, поражение (врожденное, травматическое и иное) головного мозга плода или ребенка (особенно в раннем развитии – до 2 лет), тяжелое заболевание матери или ребенка и др.

Следует отметить большую распространенность олигофрении в нашей стране (до 5% населения).

Особый интерес представляет классификация олигофрении, основанная на степени выраженности врожденного слабоумия. При этом выделяют идиотию, имбецильность и дебильность. Знание их особенностей позволит учитывать возможность совершения тех или иных деяний лицами с разной степенью олигофрении.

Идиотия – тяжелая форма олигофрении, характеризующаяся стабильным врожденным слабоумием, практически отсутствием психических реакций и речи, невозможностью усвоения простейших психических навыков, а также полным отсутствием социальной адаптации. В судебно-следственной практике лица с идиотией не встречаются из?за своей врожденной беспомощности (физической и психической). Для большинства больных характерны тяжелые соматоневрологические и умственные нарушения. Эти дефекты указывают на аномальное развитие центральной нервной системы.

Идиоты обращают на себя внимание уже своим внешним видом (уродливой головой, полуоткрытым ртом, тупым выражением лица), склонностью к простым стереотипным движениям (хлопанью в ладоши, сосанию пальцев), неспособностью к осмысленному самостоятельному передвижению. Их поведение внешне не мотивировано. Возможны хаотичное возбуждение и даже жестокая агрессия, манипуляции с половыми органами; отсутствуют членораздельная речь, понимание смысла обращений к ним, фиксация внимания на предполагаемом усилии; характерен очень скудный запас слов. Идиоты не соблюдают элементарных правил личной и общественной гигиены (страдают недержанием кала и мочи), не осознают своего психического дефекта и нуждаются в постоянном постороннем уходе и надзоре.

Имбецильность – средняя степень врожденного слабоумия (тупоумия), встречающаяся у каждого десятого больного олигофренией. У таких больных уже обнаруживают элементарные умственные понятия, ориентировку в бытовой обстановке, разнообразное реагирование на привычные условия и ситуации. Однако имбецилы совершенно теряются в новых ситуациях. Речь у них примитивна, косноязычна, аграмматична, словарный запас небольшой, но может достигать 300 слов. Они понимают и употребляют несложные фразы и даже делают элементарные обобщения, но в пределах бытовых знаний. При этом их мышление и действия прямолинейны и конкретны, механическая память способствует усвоению навыков, стереотипно применяемых в привычной ситуации. Они с трудом усваивают систему моральных и нравственных запретов и норм общественного поведения. У имбецилов уже можно установить индивидуальные характерологические отличия, дифференцированное отношение к окружающим, избирательную привязанность к близким.

Но такие лица из?за своей безынициативности и повышенной внушаемости склонны к слепому повиновению и подражанию (чем и пользуются лидеры преступных группировок), асоциальному поведению и пьянству. Причем их действия обусловлены в основном инстинктами (самосохранения, сексуальным, пищевым и др.), что приводит к хулиганству, агрессивным поступкам, убийствам, сексуальным эксцессам, кражам, поджогам и т.д. У имбецилов отсутствуют осознанность характера и общественной опасности своих деяний и понимание их ответственности. Учитывая все это, судебно-психиатрическая экспертиза их проводится редко и только по формальным соображениям. Такие лица всегда за совершенные деяния признаются невменяемыми в уголовном процессе и недееспособными при рассмотрении гражданских дел.

Дебильность – легкая степень олигофрении, характеризующаяся врожденной примитивностью суждений и умозаключений, недостаточной дифференциацией эмоций, а также сниженной социальной адаптацией, в том числе и ограниченной возможностью обучения. Это самая распространенная форма олигофрении. По степени выраженности умственной недостаточности (психического дефекта) у таких лиц различают дебильность глубокую, умеренную и легкую. Запас слов у них достигает 600 и более. Поступки дебилов характеризуются сочетанием слабости побуждений с импульсивностью поведения, повышенной внушаемостью и упрямством, пассивной подчиняемостью, недостаточностью контроля над собой и низкой способностью подавлять свои влечения. Поэтому они нередко являются объектом сексуальных посягательств. Нередко у них возникают возбуждение и агрессия или, наоборот, появляются вялость, заторможенность, безразличие.

И все?таки некоторая часть дебилов может критически оценивать свое поведение в зависимости от изменяющихся условий и динамики ситуации и предвидеть последствия своих действий. Лица с дебильностью могут справляться даже с обязанностями семейной жизни, воспитанием детей. Они легче адаптируются к трудовой деятельности. Необходимо учитывать при этом возможность влияния социально?псхологических условий жизни, быта и труда на формирование личности лиц, страдающих дебильностью (в силу их повышенной внушаемости и подражательства). При доброжелательном отношении у них чаще обнаруживают услужливость, преданность, исполнительность, старательность, положительные результаты медико?социальной реабилитации. Такие лица обычно осознают свою ущербность и стараются устроиться на рабочее место, не требующее самостоятельности, инициативы и переключения на незнакомые операции. Они стремятся компенсировать свою умственную недостаточность прилежным трудом. При негативных микросоциальных условиях жизнесуществования у дебилов отмечают еще большую задержку психического развития, усиление социально?педагогической запущенности и образование асоциальных установок к учебе, труду, быту, обществу и соблюдению общепринятых норм поведения. Такие лица легко вовлекаются в криминальные группы, часто совершают противоправные поступки как исполнители агрессивных и жестоких преступлений. Они склонны к конфликтам, дракам, употреблению алкогольных напитков и наркотических средств.

При оценке судебно-психиатрических заключений юристам необходимо учитывать возможность временных ухудшений психического состояния дебилов, которые характеризуются не только расстройством настроения, головной болью и другими симптомами, но и возникновением кратковременных психотических состояний (галлюцинаций, бреда, психомоторного возбуждения, дисфорий). Подобные декомпенсации у них могут возникать спонтанно или под влиянием неблагоприятных факторов в семье, коллективе, обществе. Но особенно криминогенный характер их деяний может быть обусловлен страхом, испугом, острой тоской, тревогой, внутренним беспокойством, нечетким восприятием ситуации, психогенно травмирующими коллизиями, изменением привычного стереотипа быта и труда. У таких лиц отмечают субъективное стремление к упрощению (разрядке) ситуации и возврату к привычным условиям. Кроме того, у дебильных личностей могут быть истерические и непредсказуемые реакции, тревожно?депрессивные и даже кататоподобные приступы, пуэрильное (детское) поведение и реактивные психозы.

При интерпретации актов судебно-психиатрической экспертизы лиц, страдающих олигофренией в степени дебильности, юристам необходимо с пониманием относиться к ее причинам и отсутствию динамики в развитии врожденного слабоумия и, главное, к определению экспертами-психиатрами глубины умственного дефекта в сопоставлении с их способностью усваивать морально-нравственные нормы и социально значимый в обществе стереотип поведения. Экспертиза правонарушителей с дебильностью довольно сложна, так как далеко не очевидны (как представляется неспециалистам) глубина их умственной неполноценности, интеллектуально?волевая недостаточность, неспособность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими. Однако при установлении этого дебильные личности признаются невменяемыми за противоправные деяния. Но если экспертам?психиатрам удается проследить формирование у испытуемых асоциальных тенденций и констатировать, что совершаемые правонарушителями с дебильностью антиобщественные поступки отражали реальные события, а принятие ими решений исходило из понимания противоправности и возможности наказания, то такие лица признаются вменяемыми. В то же время одни и те же дебильные личности признаются вменяемыми в отношении одних правонарушений и невменяемыми в отношении других.



Психопатии

Психопатия – вид психической патологии, имеющий особое социальное значение. Оно заключается в том, что психопатии – не столько заболевания, сколько стойкие аномалии личности, характеризующиеся прежде всего дисгармонией, нарушением эмоционально?волевой сферы и своеобразным, преимущественно аффективным мышлением (то есть отклоняющимся от нормального варианта типом характера и темперамента). Психопатические особенности таких лиц формируются в детстве и юности, как правило, проходят стадию акцентуации характера и развиваются на фоне биологической неполноценности (анормальности), в первую очередь головного мозга (травм и заболеваний), и заканчиваются к концу пубертатного периода (полового созревания). Эти особенности без заметных изменений сохраняются в течение всей жизни, ослабевая в пожилом возрасте. Они определяют структуру и характер личности, препятствуя полноценному приспособлению и адаптации к окружающей среде. Психопатиями страдает около одной трети населения нашей страны, но большая часть их остается вне поля зрения психиатров.

Психопатии диагностируют по трем основным критериям:

1) нарушение адаптации (вследствие выраженных психопатологических особенностей);

2) тотальность психопатологических расстройств;

3) стабильность, то есть практически малая обратимость психопато­логических нарушений.

Причины возникновения психопатий обусловили ее классификацию по этиологии:

- ядерные (врожденные, конституциональные);

- краевые (вследствие патологического влияния среды, недостатков в воспитании);

- органические (воздействие травм и заболеваний головного мозга).

Но в психиатрической практике принята классификация, в основу которой положены клинические особенности аномальных черт характера: возбудимая, истерическая, паранойяльная, тормозная, шизоидная, неустойчивая и др. Криминогенные действия лиц, страдающих этими формами психопатий, различны и своеобразны, что и обусловливает необходимость рассмотрения клинической симптоматики.

Возбудимая психопатия. Ведущими клиническими симптомами у личностей с диагностированной возбудимой психопатией являются повышенная возбудимость, вспыльчивость, злобность, напряженность, раздражительность, злопамятность, эгоистичность, склонность к колебаниям настроения и непредсказуемость. Они всегда недовольны, придирчивы, нетерпимы к чужому мнению. Для них характерен брутальный аффект по ничтожным поводам, нежелание ни с чем считаться, даже с интересами родных и близких,

Истерическая психопатия. Данной группе лиц с истерической психопатией свойственны эгоцентризм (то есть необходимость быть в центре событий или обратить на себя внимание), демонстративность, театральность, оригинальность, психическая незрелость, инфантилизм и пуэрилизм. Их чувства поверхностны и неглубоки, эмоциональные привязанности нестойки, суждения противоречивы. Характерны частые колебания настроения, быстрая смена симпатий и антипатий. Для них типично сочетание внешней доброжелательности с внутренней эмоциональной холодностью. Они повышенно внушаемы, склонны к фантазированию и выдумкам, лишь к всплескам волевых усилий в делах.

В трудных ситуациях у них легко возникают истероневротические расстройства в виде бурных аффективных реакций с рыданиями, криками, воплями, нанесением себе повреждений и даже агрессией в отношении окружающих.

Паранойяльная психопатия. У лиц, страдающих данным видом психопатии, отмечают особую склонность к сверхценным образованиям, сочетающуюся с малой пластичностью психики, подозрительностью, завышенной самооценкой, прямолинейностью, тенденцией к лидерству и самоутверждению, обидчивостью и злопамятностью, безапелляционностью суждений. Они чрезвычайно ранимы и особенно чувствительны к игнорированию их мнения, точки зрения, суждения.

С возрастом такие лица становятся более консервативными, ригидными, эгоистичными, подозрительными. Они “борются за справедливость” по малозначительным поводам и склонны к доминирующим идеям, касающимся аффективно-значимых переживаний. Это сочетается у них со сверхконкретностью и узостью мышления, наивностью и поверхностностью представлений, суждений и высказываний, однозначной оценкой реальной действительности и интерпретацией различных событий в плане подтверждения собственной точки зрения.

У паронойяльных психопатов возможно сутяжно-паранойяльное развитие личности, а в неблагоприятных условиях и паранойяльный бред ревности, реформаторства, высокого положения в обществе и т.д.

Тормозная психопатия. У личностей с данной психопатологией ведущее место занимают астенические, психастенические и даже шизоидные особенности с преобладанием пассивных (тормозных) реакций на различные психотравмирующие факторы, чувства собственной неполноценности, выраженными колебаниями работоспособности. Часто обнаруживается склонность к навязчивым сомнениям, стремление к постоянному самоанализу и самоконтролю, формированию различных фобий и ипохондрий.

Для них характерны: раздражительная слабость в виде вспышек аффекта при любом непосильном для них напряжении, угнетенный фон настроения, тревожность, робость, застенчивость, усталость, нерешительность, неуверенность, малодушные страдания, слабость влечений и даже аномальная сексуальность (импотенция, гомосексуализм, педофилия и другая патология), соматические расстройства (головные боли, плохой аппетит, нарушение сна, неприятные ощущения в области сердца, печени, желудка), плохая адаптация в коллективе, повышенная конфликтность и временами психопатологические реакции.

Шизоидная психопатия. У личностей с шизоидной психопатией, наряду с ранимостью, робостью, застенчивостью, некоторой инертностью в жизненных ситуациях, констатируют такие симптомы, как интравертированность (необщительность, замкнутость, постоянный самоанализ действий и высказываний), склонность к фантазированию, отсутствие чувства юмора, мечтательность, чудоковатость, затруднения в контактах, холодность и сухость, излишняя серьезность и сентиментальность, чопорность и пафос в поведении. Однако их увлечения не оторваны от жизни, но они “нестандартны” и необычны (философско-религиозные и восточные вероучения, телепатия, экстрасенсорика, авангардистская музыка, живопись, литература). Они довольно часто меняют работу, профессию, место жительства для “максимального самоудовлетворения” без стремления к благополучию совершенствованию или славе. Неровно складываются у них также и семейные отношения из-за отсутствия общих интересов с партнером.

Неустойчивая психопатия. Для лиц с данной формой психопатии характерны: неустойчивость интересов, привязанностей, решений, неспособность к длительной сосредоточенности и однообразной деятельности, необычная внушаемость и легкость попадания под чужое влияние. Во многом клинические проявления неустойчивой психопатии обусловлены социальной средой жизнедеятельности этих личностей. При негативном окружении они легко вовлекаются в азартные игры, сексуальные эксцессы и даже нестандартные общественные деликты, злоупотребляют алкоголем, наркотиками и их суррогатами. Неустойчивые психопаты склонны к истерическим и возбудимым проявлениям.

Есть и другие клинические формы психопатий, но они довольно редки в судебно-психиатрической практике. Необходимо еще раз подчеркнуть, что у психопатов часто встречаются расстройство влечений (сексуальные извращения, изнасилования, бродяжничество, самоубийства и др.), прямолинейные и примитивные решения возникающих проблем и ситуаций (правдоискательство, агрессивность, кражи, поджоги и т.д.).

Оценивая акты судебно-психиатрических исследований лиц, страдающих психопатией, следует учитывать их повышенную чувствительность к различного рода внешним (средовым) и внутренним (биологическим) воздействиям в процессе жизнесуществования. Эти факторы во многом обусловливают клиническую картину психопатий, ее динамику и этапы течения, обострения (декомпенсации) и ремиссии (компенсации). Причем социально значимы и опасны деяния таких лиц именно на этапе психопатической декомпенсации, когда обнажаются основные патологические свойства личности (преимущественно при нарушении социальной адаптации). При этом возможны психопатологические реакции (кратковременные аффективные действия) и патологическое развитие (длительное по времени).

Поэтому при интерпретации результатов судебно-психиатрических исследований следует обращать внимание на оценку экспертами?психиатрами клинического течения и симптоматики психопатий, поскольку в зависимости от этого возможны различные варианты поведения таких лиц и этим определяется уголовная ответственность подэкспертных. Последние признаются невменяемыми за совершенные деяния в состоянии декомпенсации, при психопатических реакциях с потерей компенсаторных свойств, тотальных психопатических расстройствах и отсутствии социальной адаптации, необычной агрессии и злобности, неадекватности и неоднозначности и в других случаях, когда появляется необходимость приравнять эти состояния к временным психическим расстройствам (ч. 1 ст. 21 УК РФ).



Реактивные состояния

Реактивные (психогенные) состояния – это временные, обратимые расстройства психической деятельности, обычно возникающие как реакция на тяжелые для конкретной личности психические переживания или травмы (арест, следствие, суд, оскорбление и т.д.). Для уточнения возможных деяний при этих состояниях необходимо знать их основные группы – неврозы и реактивные психозы, отличие и клинические проявления.

Неврозы. Невроз – форма реактивного состояния, при котором возникновение функциональных (обратимых) психических расстройств связано не столько с острыми психическими травмами, сколько с длительно существующими, хроническими, психогенно обусловленными конфликтами. Неврозы вызваны длительно существующими психотравмирующими условиями жизнесуществования, а их развитие влияет на те особенности личности, которые отражают слабость высшей нервной деятельности, низкий предел физиологической выносливости к различным по силе психогениям и т.д. В эту группу входят истерический невроз, невроз навязчивых состояний и неврастения, клинические проявления которых довольно различны.

При истерическом неврозе констатируют вегетативные, двигательные, сенсорные и психические расстройства, которые встречаются в судебно-психиатрической практике.

Вегетативные нарушения наблюдаются в виде спазма гладкой мускулатуры (ком в горле), ощущения непроходимости пищевода, чувства недостатка воздуха. Возможны также истерическая рвота, жидкий стул и другие вегетативные проявления (побледнение или покраснение кожи и т.д.)

Двигательные расстройства фиксируют чаще как истерические припадки (обусловленные двигательным возбуждением, сопровождаемым криками и слезами), но могут быть и истерические параличи (отказ находиться в положении стоя или в движении при сохранном опорно-двигательном апарате), истерические афонии (потеря голоса), истерический мутизм (немота при понимании речи окружающих и отсутствии поражения центров речи в головном мозгу).

Особого внимания из-за своей социальной значимости заслуживают истерические припадки, которые возникают после психогений, конфликтов и т.д., им может предшествовать безудержный плач или хохот. Истерический припадок никогда (в отличие от эпилептического) не возникает во сне или неожиданно для больного, при этом отсутствуют ушибы, увечья (так как такие лица, предчувствуя его наступление, успевают лечь или сесть), нет судорог, прикусывания языка, непроизвольного мочеиспускания и дефекации.

Сам истерический припадок определяется бурными хаотичными движениями, криками, плачем, размахиванием руками, выгибанием туловища (истерическая дуга), катанием по полу, царапанием себя, разрыванием на себе одежды и т.д. Движения носят демонстративный характер, мимика у таких лиц разнообразна и отражает то страх, то гнев, то отчаяние с изменением цвета лица (побледнением, покраснением).

Во время припадка наблюдается лишь частичное выключение сознания (удается получить ответную реакцию на окрик, болевое раздражение), сохраняется реакция зрачков на свет, в других случаях больные плотно сжимают веки или закатывают глаза. Длительность истерического припадка достигает 10–30 минут, затягиваясь при скоплении и суете окружающих больного людей.

Сенсорные изменения обычно отмечают в виде расстройств кожной чувствительности и нарушения деятельности отдельных органов (чаще это истерическая слепота и глухота).

Психические нарушения представлены колебаниями настроения, подавленностью, депрессиями, страхами, ипохондрическими проявлениями, фобиями и т.д.

Истерический невроз обычно сопровождается театральностью, патетикой, экспрессивностью, эгоцентризмом, эгоизмом, поверхностными эмоциями и т.д. При судебно-психиатрическом исследовании у личностей с диагностированным истерическим неврозом наблюдается избирательная наклонность к преувеличению имеющихся у них болезненных симптомов (аггравация).

При неврозе навязчивых состояний преобладает навязчивость с преимущественно образным и многообразным тягостным для конкретной личности аффективным содержанием переживаний, сомнений, представлений, воспоминаний, страхов и действий. Судебно-психиатрическая практика свидетельствует о том, что такие больные обычно не совершают криминальных деяний вследствие сохранившейся у них критики к проявлениям навязчивости.

При неврастении на фоне хронического утомления и длительных психогенно-травмирующих условий жизнесуществования наблюдают повышенную болезненную возбудимость, развитие депрессии, невозможность сосредоточиться, психическое и физическое истощение, невыносимость обычных раздражителей, головную боль, рассеянность, снижение творческой активности, нарушение сна и т.д. Эти астенические проявления протекают довольно продолжительно, никогда не сопровождаются психотической симптоматикой, и при нормализации ситуации состояние таких лиц возвращается к исходному.

В судебно-психиатрической практике неврозы встречаются довольно редко, потому что у таких испытуемых судебные психиатры не выявляют психотических расстройств (психоза, бреда, галлюцинаций, сумеречного помрачения сознания) и всегда устанавливают у них возможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими, то есть такие лица признаются вменяемыми.

Реактивные психозы. К этой группе психических расстройств относятся разнообразные по клинической картине и интенсивности проявлений состояния, которые объединяются следующими общими признаками:

1) возникновение психоза непосредственно или через небольшой период времени (минуты, часы, реже дни) после психогении;

2) соответствие содержания психотических переживаний характеру психической травмы;

3) обратимость психоза по мере прекращения действия психотравмирующего фактора;

4) значительная выраженность в клинической симптоматике различных аффективных расстройств, возникающих в стрессовых ситуациях (когда доминирующим переживанием становится страх за свою жизнь).

При рассмотрении реактивных психозов обращают внимание на такие признаки, как характер клинической картины, острота и длительность течения, по которым их подразделяют на острые шоковые, подострые и затяжные.

Острые шоковые реактивные психозы возникают под влиянием внезапной и сильной психогенной травмы, представляющей угрозу жизни (например, пожар, катастрофа, землетрясение и др.), или тяжелых потрясений (неожиданные известия, смерть близкого человека, арест) и т.д. Причем они могут длиться минуты или часы, принимая в одних случаях форму психогенной заторможенности, вплоть до ступора (с выраженными вегетативными нарушениями, сумеречным помрачением сознания, сноподобной оглушенностью с последующей амнезией), в других – резкого психомоторного возбуждения с внезапно наступившим страхом, паническим, хаотичным двигательным беспокойством, бесцельным движением, криками, бессмысленным бегством. В тяжелых случаях происходит нарушение сознания, вплоть до сумеречного помрачения. При этом выявляются обильные вегетативные расстройства (резкое побледнение или, наоборот, покраснение кожных покровов, перепады артериального давления, учащенное сердцебиение, потливость, чувство удушья, расстройство мочеиспускания и др.), которые обязательно сопровождают острое психотическое состояние. Это является важным признаком реактивного психоза. Многие психиатры рассматривают все многообразие психических расстройств при шоковых реакциях в плане их принадлежности к истерическим нарушениям с вовлечением в психоз окружающих и возможностью возникновения среди них (“психическая индукция”) паники. Подобное возбуждение может также переходить в глубокую заторможенность.

Подострые реактивные психозы (наиболее частая форма) могут длиться от 2 до 12 недель. По ведущим клиническим синдромам реактивные психозы классифицируются на:

- психогенные депрессии, во время которых преобладает выраженный депрессивный синдром с аффектом тоски, уныния, апатии и общей психомоторной заторможенностью;

- психогенный параноид – психоз, проявляющийся первичным или образным бредом (чаще преследования), соответствующими его содержанию изменениями в поведении и эмоционально-волевой сфере, а также слуховыми (вербальными) галлюцинациями, псевдогаллюцинациями, иллюзиями и явлениями психического автоматизма. Прямо или косвенно связан с психотравмирующей ситуацией (арестом, судебно-следственными действиями, нахождением в следственном изоляторе);

- психогенный галлюциноз – психопатологическое состояние, характеризующееся обильными галлюцинациями (чаще слуховыми, зрительными, тактильными), которые могут сопровождаться бредом.

Затяжные реактивные психозы длятся шесть месяцев и более, сохраняя в качестве ведущего психопатологического синдрома пуэрилизм, псевдодеменцию, бредоподобные фантазии и др.

Давая судебно-психиатрическую оценку совершенным общественно опасным деяниям лиц в состоянии реактивного психоза, следует знать, что они признаются невменяемыми в отношении инкриминируемых действий. Такие психозы могут привести к длительным психопатологическим сдвигам, поэтому в ряде случаев необходимо в соответствии с ч. 2 ст. 21 УК РФ применить принудительные меры медицинского характера.

Реактивные психозы часто возникают у лиц, содержащихся в следственном изоляторе (подозреваемых, обвиняемых, подсудимых), как реакция на создавшуюся судебно?следственную ситуацию. В этом случае они в отношении совершенных деяний признаются вменяемыми, но до выхода из реактивного состояния помещаются в психиатрические стационары уголовно-исполнительной системы.



Исключительные состояния

Эта группа нарушений психической деятельности стоит отдельно в классификации психических заболеваний и относится к кратковременным психическим расстройствам. Эти психические нарушения являются своеобразной реакцией на внезапное (острое) психогенно обусловленное внешнее воздействие, личностно значимое для конкретного человека. Такие транзиторные психозы могут возникать у практически здоровых людей, но чаще – у перенесших травму или заболевание головного мозга. Считается, что именно вследствие этих органических изменений в головном мозгу создаются предпосылки и условия для развития временных психических расстройств. Исключительные состояния (патологическое опьянение, сумеречное помрачение сознания, патологическое просоночное состояние, патологический аффект, реакция «короткого замыкания») в подавляющем большинстве случаев возникают у лиц с хронической астенией, при недосыпании, переутомлении. Эти психопатологические нарушения характеризуются следующими общими клиническими признаками: внезапное начало, непродолжительное течение (минуты), обязательное присутствие расстроенного, преимущественно сумеречного помрачения сознания (иногда с двигательным возбуждением), отсутствие какого?либо контакта с окружающими, внезапное прекращение психоза, обратимость психотической симптоматики, переходящая в резкое психическое и физическое истощение либо в сон с последующим запамятованием происшедших событий.

Эти состояния имеют особую социальную значимость в связи с участившимися в обществе коллизиями, военными конфликтами и катастрофами.

Патологическое опьянение развивается на фоне негативных внешних и внутренних условий жизнесуществования, буквально через несколько минут после приема алкоголя или его суррогатов или даже на фоне предшествующего алкогольного простого опьянения (что значительно реже). В отличие от последнего, данное состояние обусловливается качественно иной психопатологической симптоматикой (но обязательно спровоцированной спиртными напитками) и прежде всего констатацией сумеречного помрачения сознания, которое обычно сопровождается аффектом витального страха, а не банальным суммарным усилением симптомов простого опьянения. Патологическое опьянение может быть и с галлюцинациями, и бредовыми расстройствами устрашающего характера, в некоторых случаях с преобладанием резкого двигательного беспокойства, как правило, носящего оборонительный характер. При этом временном психическом расстройстве психопатологическая диагностика довольно затруднена, клиническая картина восстанавливается ретроспективно (как и при других видах исключительных состояний) по материалам уголовного дела, показаниям очевидцев и, прежде всего, констатации нарушенного восприятия реальной действительности и окружающего, галлюцинаторно-бредовым переживаниям, действиям автоматизированного характера, наличию аффекта страха, но главное – по установлению факта помрачения сознания. При его диагностике подэкспертный признается невменяемым.

При сумеречном помрачении сознания (не являющимся симптомом какого?либо хронического психического заболевания), помимо указанной выше симптоматики, чаще, чем при других видах временных психических расстройств, констатируют: частичную или полную отрешенность от окружающего, различную степень дезориентировки в месте, времени и ситуации, нарушение мышления с частичной или полной невозможностью правильных суждений и запамятованием происшедших событий. В более острых случаях отмечают утяжеление психотической симптоматики, развитие галлюциноза, бреда, аффекта злобы, тоски, страха, неистового возбуждения, склонность к агрессивным действиям, нередко крайне жестоким, вандализму или, наоборот (значительно реже), внешне упорядоченное поведение, но обязательно с развитием амнезии на происшедшие события. При выявлении сумеречного помрачения сознания как самостоятельного вида временного психического расстройства эксперты?психиатры всегда делают вывод о невменяемости испытуемого за инкриминируемое деяние.

Патологическое просоночное состояние (опьянение сном) – форма исключительного состояния с сумеречным помрачением, возникающая, как правило, в период патологического пробуждения от глубокого физиологического сна, который сопровождался яркими (кошмарными) сновидениями (но может быть и в период засыпания). При оценке результатов судебно-психиатрического исследования нужно иметь в виду, что при таком состоянии у пробудившегося человека реальная действительность воспринимается как продолжение сновидения, которое, в свою очередь, переплетается у него с неправильным восприятием окружающего. Вследствие этого возникают патологические переживания и опасные для окружающих действия (агрессия). Такое состояние заканчивается последующим глубоким сном. При установлении патологического просоночного состояния испытуемый признается невменяемым за инкриминируемые правонарушения.

При патологическом аффекте констатируют воздействие внезапной и интенсивной психической травмы с кратковременным появлением трех фаз: подготовительной, взрыва и заключительной. В подготовительной фазе под влиянием психогеннообусловленной травмы (например, оскорбления) происходит резкое нарастание аффективной напряженности с потерей способности критически оценивать и осознавать происходящее. В фазе взрыва отмечают напряженность, которая перерастает в глубокое помрачение сознания, а затем и в аффект гнева или исступления с резким двигательным возбуждением, агрессией и вегетативными нарушениями (побледнением или покраснением лица, изменением ритма дыхания и др.). Для заключительной фазы характерно резкое истощение психических и физических сил (безразличие к содеянному и окружающему), вплоть до сна или прострации. Воспоминаний о происшедшем нет или почти нет. При судебно-психиатрическом диагностировании патологического аффекта такое лицо освобождается от уголовной ответственности за совершенное общественно опасное действие.

Реакция «короткого замыкания» характеризуется длительным аффективным напряжением с преобладанием тоскливого настроения или отчаяния и воздействием мгновенно изменившейся ситуации. При этом кратковременно остро нарушается сознание (по типу сумеречного помрачения) и резко нарастает возможность импульсивных действий. Это приводит к агрессии, аутоагрессии (самоповреждениям), суицидальным действиям с последующей прострацией, вплоть до сна с частичной или даже полной амнезией. Судебные психиатры таких подэкспертных признают невменяемыми.

Судебно-психиатрическая экспертиза при установлении у испытуемых временных психических расстройств должна четко указать на сочетание признаков, образующих клиническую картину транзиторных психозов (а не их изолированную констатацию), которые позволят работникам следствия, прокуратуры, суда и адвокатуры судить о правомерности диагноза. Но главным при этом является доказательство существования острого помраченного сознания (как симптома) у подэкспертных в момент совершения инкриминируемых деяний, что является основанием для признания таких лиц невменяемыми.



Симуляция психических расстройств

Одной из актуальных проблем в судебной психиатрии является диагностика симуляций психических заболеваний у лиц, привлекаемых к уголовной ответственности или отбывающих наказание в учреждениях уголовно?исполнительной системы.

Симуляции психических заболеваний – притворное поведение человека, заключающееся в изображении не существующей у данного лица психической патологии, совершаемое с целью уклонения от наказания за содеянное преступление.

При ее классификации в судебной психиатрии с учетом различных особенностей клинических проявлений у психически здоровых и психически неполноценных личностей выделяют соответственно истинную симуляцию и симуляцию на психопатологической почве.

Истинная симуляция психических заболеваний заключается в сознательном воспроизведении психических расстройств здоровыми людьми и их искусственном неправильном поведении, а также в намеренно представляемом ложном анамнезе истории жизни и заболевания (например, о перенесенных психических заболеваниях или душевных расстройствах ими и их родственниками, попытках самоубийства, их лечении и т.д.).

К истинной симуляции довольно близка и так называемая превентивная симуляция, которая заключается в том, что криминальные личности, ожидая в будущем ареста за свои преступные деяния, самостоятельно изучают психическую патологию и ее симптоматику с целью избежать уголовной ответственности. Нередко для этого они прибегают даже к консультациям медицинских работников. Кроме того, как “психически больные” они пытаются встать на учет в районные или городские психоневрологические диспансеры, используя моральную нечистоплотность некоторых медицинских работников. Такие лица еще до совершения преступления и ареста стараются своим поведением и высказываниями произвести на окружающих впечатление “психически больных”. Во время судебно-психиатрического исследования они сообщают экспертам о своем “видении” душевной жизни, “контактах” с инопланетянами, якобы перенесенных заболеваниях (приступах), лечении у известных психиатров, принимаемых лекарствах.

Выделяют три стадии истинной симуляции у психически здоровых лиц: предварительную (до правонарушения), при совершении деликта (для сокрытия истинных ее причин), после преступления (с целью уклонения от уголовной ответственности). Последняя наиболее часто встречается в следственной и адвокатской практике. В этом случае подэкспертные охотно сообщают о “припадках” в прошлом, имевших место “эпизодах” с преобладанием бредовых идей и галлюцинаторных переживаний, внутренних и внешних “голосах”, нарушениях и провалах памяти, других подробностях своего “заболевания”. Довольно часто симулянтами воспроизводится монотонное поведение, невыразительная мимика, слуховые и зрительные обманы. Для них характерны демонстративные аутоагрессивные и суицидальные проявления. Симулянты при контактах с медицинским персоналом напряжены, стремятся уйти от ответов на прямой вопрос и дальнейших расспросов, предпринимают попытки прекратить разговор. Их речевая продукция, так же как жесты и мимика, неадекватна динамике психического заболевания и клиническому состоянию больного в период декомпенсации.

Диагностика симуляции психического заболевания сложна. В таких случаях в судебной психиатрии при обследовании используют: клинический метод, при котором изучают не только психическое состояние подэкспертного, но и сопоставляют его с данными анамнеза, анализом структуры психопатологических синдромов и последовательной их смены в динамике заболевания (при этом выявляются нетипичность и несовместимость симптомов?синдромов); экспериментально?психологические методики (основанные на изучении нарочитых ошибок, производимых симулянтами в ходе исследований); внимательное (скрытое) и постоянное медицинское наблюдение в условиях стационара (обнаруживаются промахи и непоследовательность в клиническом изображении симптомов); выявление и диагностика психопатологических симптомов, не сочетающихся друг с другом (отказ от речевого контакта с врачом, но участие в разговоре с окружающими больными) и др. Большое значение придают и соматическим патологическим признакам, обычно сопровождающим психические нарушения (например, похудание и запоры при депрессиях), лабораторным данным (например, анализам крови и спинномозговой жидкости), инструментальным исследованиям и т.д.

Симуляция психических расстройств на психопатоло­гической почве в судебно?следственной практике встречается в виде аггравации, метасимуляции и сюрсимуляции.

Аггравация – умышленное преувеличение остроты психопатологических симптомов действительно имеющегося психического заболевания или остаточных явлений перенесенного. Она чрезвычайно распространена среди испытуемых, но чаще встречается у лиц с органическими поражениями головного мозга, у страдающих дебильностью и проявляется в нарочитом преувеличении имеющейся у них интеллектуальной недостаточности, жалобах на снижение памяти, потерянную возможность ориентироваться в житейской ситуации. В то же время у таких лиц констатируют определенную сохранность личности и осознание своего дефекта, что и заставляет думать об аггравации. Притворное поведение носит примитивный характер. Следует иметь в виду, что установленное экспертами?психиатрами слабоумие исключает аггравацию.

Метасимуляция (метааггравация) – это сознательное “продление заболевания” или изображение симптомов “перенесенного острого психического заболевания”. Довольно часто она встречается в судебно-психиатрической практике при содержании лиц с психической патологией в следственных изоляторах. Чаще всего метасимуляцию в практике судебной психиатрии фиксируют у лиц, перенесших реактивные или алкогольные (интоксикационные) психозы, при их выходе из острой манифестации заболевания. При этом, как показывают экспертные исследования, испытуемые способны изображать не в целом динамику течения психической болезни и последовательную смену ее симптомов, а лишь отдельные ее эпизоды (как и фрагментарно динамику течения психопатологического процесса).

Сюрсимуляция (сюраггравация) диагностируется у больных с психическими нарушениями, которые, несмотря ни на что, пытаются изобразить психопатологические симптомы, несвойственные симулируемому заболеванию. Ее констатируют у лиц с довольно выраженным психическим дефектом и грубыми изменениями личности, у которых отсутствует осознание своей болезни. Изображаемые симптомы являются чуждыми и нехарактерными для клинической картины имеющегося у таких лиц психического заболевания, что в определенной степени и способствует их распознаванию (например, изображение больным шизофренией дурашливости, свойственной олигофрену).

Диссимуляция – преднамеренное утаивание действительно имеющегося психического заболевания или его клинических признаков. Именно в этом и состоит социальное значение данного вида психической патологии. Диссимуляция чаще встречается у больных с бредом (например, у тех, кто “скрывает” психическое заболевание от врачей, чтобы, выписавшись из стационара, реализовать свои параноидные переживания и осуществить свои болезненные, нередко агрессивные намерения), депрессией (например, для осуществления своих суицидальных замыслов) и реже у других категорий душевнобольных (например, для сокрытия своей психической болезни, чтобы не было возможности лишить их гражданских прав, в том числе и дееспособности).

При диагностировании симулятивных проявлений у лиц, привлекаемых к уголовной ответственности за инкриминируемые деяния, судебно-психиатрическая оценка следующая: при истинной симуляции психических расстройств – они вменяемы; в случае симуляции, возникшей на психопатологической почве, – подход строго индивидуальный с учетом нозологической формы психической патологии, ее выраженности, интенсивности и прогредиентности болезненного процесса, характера и глубины психического дефекта.

Оглавление
Судебная психиатрия.
ДИДАКТИЧЕСКИЙ ПЛАН
Общие положения
Невменяемость и ее установление в судебной психиатрии
Недееспособность и ее установление в судебной психиатрии
Судебная психиатрия. Судебно-психиатрическая экспертиза. Экспертиза в зале судебного заседания...
Принудительные меры медицинского характера, применяемые к психически больным
Общие понятия о психических заболеваниях
Симптоматология психических болезней
Шизофрения
Эпилепсия
Маниакально-депрессивный психоз
Травматические поражения головного мозга
Сифилитические заболевания центральной нервной системы
Сосудистые заболевания головного мозга
Психозы позднего возраста
Алкоголизм, наркомания и токсикомания
Олигофрения
Психопатии
Реактивные состояния
Исключительные состояния
Симуляция психических расстройств
Все страницы