Перспективы

В современный период для сохранения, а точнее, выживания России как государства, генеративно-политического центра восточно-христианской цивилизации, нет альтернативы, кроме как поддержка и поощрение всеми доступными методами и способами центростремительных тенденций. Речь идет о выработке федеральной политики с учетом «закона единства органического геополитического образования». В противном случае при сохранении современных этногеополитических тенденций Россия и удерживаемый ею ареал прекратят свое существование. Категоричность такой позиции объясняется следующими обстоятельствами.

Во-первых, об этом свидетельствует сложившееся этногеополитическое положение России. Так, Прибалтика постепенно превращается в непреодолимый барьер на пути нормального функционирования этносистемы. Свое жизнеобеспечение прибалтийские государства осуществляют и будут осуществлять за счет России, «высасывая» из нее жизненные соки, а гарантией их «независимого» существования станут США и НАТО. При этом неотъемлемой реалией геополитического существования России становится потенциальная угроза применения военной силы со стороны государств-членов НАТО, как это имеет место в Югославии. Украина неизбежно начнет превращаться в своего рода санитарный кордон. Иначе, учитывая ее неавтаркийность, она не получит ни валютных, ни сырьевых ресурсов. На это накладываются этнополитические особенности указанного региона, который традиционно тянется к Западу. Следовательно, западные «дыхательные пути» России также будут перекрыты.

Острейший этнополитический кризисный характер приобретет и крымская проблема. В этом регионе начнут активно действовать две противоречащие национальным интересам России тенденции. Первая — к сохранению территориального единства Украины, гарантированному натовской программой «Партнерство во имя мира». Вторая — к превращению Крыма в искусственный этноцентр, как это произошло в свое время с Израилем. Со временем в Крыму может реализоваться ближневосточный вариант: на реально существующей этнопочве при поощрении Запада будет создаваться крымско-татарская автономия, что вызовет резонанс в Татарстане.

Южный этнополитический и геополитический узел при активном воздействии геополитического бинара «США-Турция» превратится в область перманентной гражданской войны, которая, естественно, нарушит инфраструктурные связи России на северокавказском направлении. События в этой межцивилизационной зоне по закону этноконфессионального резонанса могут спровоцировать территориальные и иные разрушительные процессы в центрах этносистемы (Москва, Санкт-Петербург, Нижний Новгород).

Оторванная от России Средняя Азия через бинар «США-Турция» получит возможность искусственного жизнеобеспечения, формирования новой геополитической модели. Это, на наш взгляд, не оставляет России никаких шансов не только на сохранение статуса великой державы, но и просто на нормальное существование. При таком развитии событий создание на этнополитической почве «Великого Турана» весьма реально.

«Демографическая пустота» юго-восточной геополитической зоны России заполнится этнопоглощающими элементами восточно-буддийской цивилизации. Реальная этнопочва для этого объективно существует в виде исторически сложившихся в этом регионе корейских и иных колоний. Подобная «ползучая» этноэкспансия при современной национальной политике может распространиться до Урала. Необходимо учитывать и геополитические притязания трансплантанта ВВЦ — Японии. Они могут быть активно поддержаны США, в результате чего восточные связи России также будут разорваны. К тому же, используя этнополитическую корреляцию Аляски и наших северо-восточных регионов, США могут создать здесь этнокризисные ситуации.

Из-за блокады со стороны двух полярных точек (с северо-запада - Прибалтики, а с востока - Японии и США) Северный морской путь может прекратить свое существование, уже в настоящее время такая тенденция налицо. А это может означать вымирание северных народностей, единственно способных существовать в указанном регионе в соответствии с законом этнородины и этноразвития. Тем самым Россия на неопределенное время будет лишена золота, алмазов, нефти и других природных богатств. А поскольку современная тенденция к формированию этнополитической модели не допускает пустоты, регион будет заполнен американскими и канадскими северными народностями. На это указывает и тот факт, что эти народности доведены до необходимого для подобной экспансии вертикального цивилизационного уровня развития.

Указанные тенденции могут привести к прекращению политического бытия российской этносистемы, существовавшей с XVII в. При этом хотелось бы подчеркнуть, что с тех пор, несмотря на все перипетии и трансформации, государство российское сохраняло «скелет» этносистемы в почти неизменном виде.

По законам этнополитического взаимодействия и взаимодополняемости этнодоминанта, лишившись своей системы, вымирает физически. Об этом свидетельствуют многочисленные исторические факты и реальное состояние российской этнодоминанты в последние пять-семь лет. После нарушения этносистемного единства, тенденция к чему четко обозначилась в 1992-1993 гг., русский народ начал ежегодно терять от одного (1994 г.) до двух (1995 г.) миллионов человек
в год. Подобные масштабы сокращения населения невозможно объяснить предлагаемыми исследователями социально-экономическими причинами.

Во-первых, периоды острейших социально-экономических кризисов в России далеко не редки. Достаточно напомнить период революций и Гражданской войны, период Великой Отечественной войны и послевоенные годы, многочисленные кризисные ситуации, смутное время вообще. Но никогда такого абсолютного падения численности русского населения не было. Следовательно, причина лежит в иной плоскости. Определим это как процесс "форсированной мутации российского этносистемного стереопсихотипа". В вульгарных исследованиях он называется дегенерацией, вырождением. Эксперты-демографы пришли к единодушному выводу, что 18-процентная квота рождения детей с отклонениями в развитии является критической планкой необратимости процесса вырождения. В настоящее время в России эта планка находится на уровне 17 %.

Во-вторых, на современном этапе развития Россия как самостоятельный целостный субъект
(в различных аспектах — национально-этническом, политическом, духовном и др.) не сможет нормально функционировать, т.е. сохраниться, в будущем новом мировом порядке. Это обусловлено следующими факторами. СССР (Россия) путем концентрации сверхусилий социума за 1922-1990 гг., миновав историческую эпоху первоначального накопления капитала, худо-бедно вступил в постиндустриальное общество в принципиально ином качестве, нежели экономически единый западный мир. Фетишизация либерально-рыночных отношений в качестве экономической и идеологической основы развития отбросила страну в вертикально-цивилизационном плане до уровня 30-х гг. XX в. В условиях жесткого контроля над естественноприродным и экономическим потенциалом страны со стороны западных транснациональных корпораций она может превратиться в колонию в самом ортодоксальном понимании этого слова.

Исключительно высокий уровень монополизации экономики, на котором находился СССР до 1985 г., при попытке реализовать за очень короткий исторический период либерально-рыночную модель приведет (и уже приводит) к уничтожению России как самостоятельной рыночной единицы. При этом следует отметить такой, казалось бы, парадоксальный факт: при проведении подобных экспериментов в малых неавтаркийных государствах (Польша, Венгрия, Чехия, Словакия) он дает поразительно быстрый положительный внешний эффект. Но никакого парадокса здесь нет, поскольку перечисленные единицы сразу же вписываются в более широкую, хорошо отлаженную систему, что ни при каких условиях не может произойти с большими автаркийными государствами без их дробления. В связи с этим хочется отметить научную некорректность сравнения «экономических успехов» восточноевропейских государств и иных малых геополитических образований с достижениями СССР, а затем России.

С потерей экономического потенциала, что в настоящее время происходит беспрецедентными темпами, в России будет уничтожена этнополитическая основа развития не только федерализма, но и государства вообще. В результате российский федерализм постепенно превратится в конфедерализм, и такие тенденции уже налицо, а последний — в разрозненные конгломераты зависимых маргинальных образований.

Единственная возможность сохранить российский федерализм — формирование его в соответствии с естественной этногеополитической моделью. Как это должно выглядеть практически? Прежде всего следует прекратить поощрение этнократии в любых ее проявлениях, учитывая, что в большинстве «этноокрашенных» районов титульные этносы находятся в абсолютном меньшинстве, что противоречит не только стереотипам западной демократии, но и здравой логике вообще.

Российская Федерация должна постепенно нивелировать этническую окраску своих субъектов, выдвигая на первый план экономическое районирование в рамках национально-культурного равноправия, что представляется нам более перспективным. Критерий здесь один и достаточно жесткий — сохранение геомолекулярной этносистемности, что возможно только при условии прерывания тенденции к превращению административных границ в государственные. Дальнейшее совершенствование федеративных отношений должно происходить в направлении использования традиционных институтов по принципу дифференциации. Но это относится к строго отдельным регионам страны — Северный Кавказ и некоторые другие.

Россия в ее естественном виде — уникальное геополитическое образование. Чтобы выделить квинтэссенцию генезиса ее государственности, не вдаваясь в конкретику исторических периодов, этапов и моментов, нужно сформулировать главную, имманентную функцию, задачу этой этносистемы. Она заключается в налаживании нормального межцивилизационного взаимодей-ствия на самых различных уровнях, — начиная с самых крупных социальных общностей, каковыми являются горизонтальные цивилизации, и заканчивая конкретными этнополитическими элементами и даже граниальными точками. По ряду обстоятельств, которые были детально рассмотрены в настоящем исследовании, никакое другое органическое государство мира эту функцию не может выполнить ни теоретически, ни тем более практически.

Либо Российская Федерация и ее естественный геополитический ареал постепенно начнут выполнять эту функцию, либо в силу действия исследованных нами этнополитических и иных механизмов они прекратят свое государственное геополитическое существование. Или, по крайней мере, вступят в длительный саморазрушительный период поиска оптимальных форм государственности, который имеет свой исторический предел.

Российское этносистемное государство из объекта цивилизационного дробления и растаскивания должно превратиться в центр межцивилизационного притяжения. Латентная фаза обратного процесса уже просматривалась в 1998 г. Подписано союзное соглашение между Россией и Белоруссией, в том числе в военной области, которое было поддержано населением с той и другой стороны. Наметилась перспектива конструктивных реальных договоров России с другими новыми независимыми государствами (ННГ), возникшими на территории бывшего СССР: с Молдавией (хотя здесь мешает определенная позиция властей непризнанной Приднестровской Молдавской республики), с Украиной. Но и этот процесс имеет аналогичную, с точки зрения граниально-болевых точек, проблему — Крым и Севастополь.

Определенные позитивные моменты выявляются в отношениях Российской Федерации с Таджикистаном, Узбекистаном, в меньшей степени - с Туркменией и Казахстаном. Киргизия при стопроцентной неавтаркийности и отсутствии возможности трансфертизации неизбежно будет стремиться к союзу с Россией. Единственным путем дальнейшего развития Армении также является укрепление (вплоть до объединения) отношений с РФ. При этом действует комплекс факторов: потеря иллюзорной надежды на армянскую диаспору в США и Канаде (осознание именно этого стало решающим фактором при отставке Л. Тер-Петросяна); реальная угроза со стороны Турции; полное отсутствие условий развития в замкнутом пространстве. Р. Кочарян, избранный на пост президента Армении в 1998 г., на умеренно-националистической платформе, а также с учетом «карабахского фактора», будет стремиться восстановить разорванные естественные связи. Сложнее обстоит дело с теми ННГ, которые обладают потенциальной возможностью трансфертизации, — Латвией, Литвой, Эстонией, Азербайджаном (в отношения с которыми добавляется нефтяной фактор), Грузией.

Следует добавить наличие территориально-этнических раздражителей почти в каждом ННГ и внутри России. Это русскоязычное население в Латвии, Литве, Эстонии (особенно компактно проживающее в Нарве и других районах), а также в Крыму и западных областях Украины, Молдавии (Приднестровье), Казахстане (более 50%). Для Армении это Нагорный Карабах, для Азербайджана — Астаринско-Ленкоранский район, Нагорный Карабах, Нахичевань, для Узбекистана — будущие «этновыбросы» из Афганистана, для Таджикистана — ленинабадская и кулябская группировки и, особенно, Горно-Бадахшанская автономная область.

О многочисленных проблемах в самой России подробно говорилось выше. Но главное заключается в том, что вектор их решения аналогичен вектору решения соответствующих проблем в ННГ. Такое совпадение неизбежно будет порождать новые центростремительные импульсы в самых различных областях (экономических, финансовых, правовых, многих других этнополи-тических, демографических, миграционных, инфраструктурных и даже военно-политических).

Старцы, старейшины, деды и отцы — неформальный социальный институт ряда горизонтальных цивилизаций. На наш взгляд, наиболее он характерен для восточно-исламской и восточно-христианской (православной) цивилизаций. В последнее время в России все чаще ссылаются на мнения, советы «старцев монастыря», «старцев русской православной церкви». Вспомним, что в русских деревнях издревле староста был арбитром и авторитетом при решении споров, к его советам прислушивались.

В восточно-исламских ареалах такой институт традиционно «узаконен», поскольку ислам не признает посредника между верующими и Аллахом. Реальное влияние улемов[7], факихов[8] и других основывается на знаниях и авторитете, а не на должности или социальной позиции. Этим исламское общество принципиально отличается от общества западного типа и его номенкла-турных разновидностей, которые были привнесены в Россию реформатором Петром I с Запада.

Синтезированное единство российского многонационального (этно-системного) общества обладает видоизмененными признаками других цивилизаций. В этом нет ничего предосу-дительного. Главная опасность заключается в абсолютизации или гиперболизации отдельных элементов других горизонтальных цивилизаций. Например, реформы Петра I на первом этапе вызвали жесткое неприятие и отторжение со стороны тогдашнего российского социума, пока он не синтезировал, не трансформировал западные элементы. После этого реформы стали чисто российскими.

В этом же ключе следует рассматривать и буддийские ареалы на территории России — Бурятию, Калмыкию, Туву и др. Даже само название «традиционная российская буддийская церковь» подчеркивает российский вариант этой конфессии. Фактически далай-ламы выполняют роль тех же старейшин-авторитетов, которые играют неформальную социальную роль.

Ничего подобного на Западе нельзя обнаружить: даже анклавы в виде самых различных социально-конфессиональных групп не инкорпорируются в западное общество, а, как правило, выполняют функцию самосохранения соответствующих национальных колоний. Ряд из них «сатанизируется», порождая многочисленные симбиозы западного агрессивного инстинкта самосохранения с восточной оболочкой.

Только «скрытая» цивилизация проникает во все социальные ниши общества. Она не имеет института старейшин-авторитетов, вместо него действует принципиально иной институт — «кровно-духовное родство», что принципиально отличает ее от традиционного восточного общества самых различных типов — от русского до китайского.

И тут опять возникает самая серьезная проблема — самоидентификации России как многонационального этносистемного государства в своих естественных границах — в единственно бесконфликтном варианте существования.



Оглавление
Субэтносистемы и их динамика
ДИДАКТИЧЕСКИЙ ПЛАН
СУБЭТНОСИСТЕМЫ И ИХ ДИНАМИКА
Центральное ядро России
Северо-языческая субэтносистема
Восточно-буддийская субэтносистема
Кавказская и среднеазиатская субэтносистемы
Геоатомное строение кавказской и среднеазиатской субэтносистем
Предложения к власть имущим и власть неимущим
Западно-христианская субэтносистема
Соотношение
Перспективы
Вместо заключения
Все страницы